Библиотека

Пастыри. Черные бабочки стр. 158

Размер шрифта
-
+
Тема

графу, но продолжил смотреть, судорожно вспоминая какую-нибудь дурацкую цитату из Цинь Линя про путь воина и хладнокровие.

Побросав бесполезные в бою с ноктопусами накоротке автоматы, трояндичи обнажили клинки, но даже с такого расстояния было понятно, что кривые вороненые мечи ноктопусов минимум втрое длиннее самого большого тесака, что сжимал в руке Субудай.

Окружив ребят, гвардейцы дружно взмахнули своим оружием. Илья зажмурился.

И…

Звонкое та-та-та-та-та! разорвало тишину над лесом и луговиной!

— Пулемет! — рявкнул граф первым, и его глаза вспыхнули торжествующим зеленым огнем.

Ноктопусы черными скарабеями полетели в разные стороны, теряя клинки. Сыскари завертели в недоумении головами, выискивая загадочного спасителя трояндичей, но он уже опускался вниз, разрывая низкую мглу облаков.

Гигантская туша дирижабля «Серебряный орел» повисла над краем леса. На полусфере пулеметной башенки, притулившейся под днищем грузовой гондолы, плясал зловещий оранжевый огонек. Вокруг барахтающихся в грязи ноктопусов возникали и гасли фонтанчики разрывов. Побросав убитых, уцелевшие семеро гвардейцев устремились прочь, петляя по луговине, как зайцы.

— Ура! — взвизгнул Митя, — наша победа!

Трояндичи, едва только их грозные противники оказались отброшены, тут же бросились к трем березам. Надо отдать должное их мертвому хозяину — он отлично вышколил своих бойцов, накрепко вбив в ребят, что дело нужно делать во что бы то ни стало…

И тогда из пелены иноизмерений появились те, кто командовал многорукими гвардейцами.

Четверка Пастырей, возникших на поле боя, действовала не менее быстро и слаженно, чем трояндичи. Двое поставили за спинами оставшихся в живых отступающих ноктопусов непреодолимую для разрывных пуль завесу. Остальные ударили по дирижаблю ослепительными, как сварка, огненными зарядами.

«Серебряный орел», взревев реактивными двигателями, начал уклоняться, уходя в сторону и одновременно набирая высоту.

— Эх! Все пропало! — Митя закусил губу, — неужели эти одолеют?!

Громыко матерился, Яна плакала. Илья обнял девушку, бросил взгляд на хищно раздувающего ноздри Торлецкого:

— Все, конец?

Ответ прозвучал, но вовсе не из уст бессмертного графа. С пронзительным визгом над дальним лесом пронеслось несколько неуловимых глазу теней, и там, где только что стояли монументальные в своем могуществе Пастыри и добравшиеся до хозяев ноктопусы, земля вдруг встала на дыбы, взрытая мощными взрывами.

— Ох, и не хрена себе! Это что, тяжелая артиллерия?! — вытаращился Громыко.

И вновь ответ сам обозначил себя — над Ивановой росстанью, над самым перекрестком, повис настолько удивительный летательный аппарат, что Илья только присвистнул, не в силах вымолвить ни слова.

Видимо, это был прямой потомок «Серебряного орла», но как же он отличался от своего прародителя!

Утюгообразный, многогорбый из-за надстроек ракетных комплексов и радарных сфер, снизу отягощенный наростами артиллерийских и пулеметных башен, толстый, словно раскормленный кашалот неимоверно гигантских размеров, дирижабль величественно плыл над раскисшей дорогой.

— «"Красный петух", стратосферный ракетно-артиллерийский комплекс», — прочитал Митя белые старославянские буквы на выпуклом коричневом боку дирижабля и повернул к Торлецкому восторженное лицо: — А такие бывают?

— Видимо, бывают, — улыбнулся граф.

— И видимо, их делают великие юмористы, — фыркнул Громыко и пояснил: — Это надо быть сильно уверенным в себе, чтобы назвать такую махину СРАК «Красный петух». Интересно, а как зовутся те, кто на нем служит? Сраковцы? Петуховцы? Петушники, лом им в дышло?

— Подозреваю, что у нас будет возможность узнать это довольно скоро, — Торлецкий кивнул в сторону снижающегося над усеянной воронками луговиной «Серебряного

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.