Пегас - не роскошь (литературные пародии). стр. 1
Весь в голубом
Меж бровями складка.
Шарфик голубой,
Трепетно и сладко
Быть всегда с тобой.
Мне мила любая
Чёрточка твоя,
Словно голубая
Лирика моя.
Трепетна и томна,
Чуточку сладка,
Несколько альбомна,
Капельку горька.
Я всегда с тобою.
Ты всегда со мной.
Небо голубое.
Шарфик голубой.
Быть с тобою сладко
Ты мила, я мил.
Острая нехватка
Розовых чернил.
Мой пёс и я
Витой верёвочкой доверья
Ко мне привязан старый пёс.
Его глаза — глаза не зверя
Всё понимают нарерёд.
Он верит в то, во что я верю…
Мой пёс и я!
Нельзя словами
Нас достоверно описать.
Есть много общего меж нами
— чутье и верность, ум и стать.
Есть даже общее в обличье,
Не то чтоб сходство, а чуть-чуть…
Но ряд существенных различий
Я не могу не подчеркнуть.
Не курит он, хоть это жалко,
А то ведь мог бы угощать.
Мой пёс не ездит на рыбалку
Денька на три, четыре, пять…
Всё понимает он отлично,
Но молчуном слывет зато.
Он ест всё то, что я обычно,
Но пьёт совсем, совсем не то…
Короче, лишена собака
Нам, людям, свойственных грехов.
Но что ценней всего, однако,
— не пишет, умница, стихов!
День в Гиперборее
(Юнна Мориц)
Как у нас в Гиперборее,
Там, где бегают кентавры,
Соблазнительные феи
Днём и ночью бьют в литавры.
Там лежит раскрытый томик,
Не прочитанный сатиром.
Там стоит дощатый домик,
Называемый сортиром.
Одиссей своё отплавал,
Греет пузо под навесом.
Перед богом хитрый дьявол
Так и ходит мелким бесом.
Едут музы в Сиракузы,
Не убит еще Патрокл.
На Олимпе в моде блюзы,
Гоголь-моголь и Софокл.
Зевс в обьятиях Морфея,
Вельзевул песочит зама.
Незаконный сын Орфея
Спит, наклюкавшись бальзама.
Сел Гомер за фортепьяно,
Звон идёт на всю катушку.
Посреди дубравы рьяно
Соблазняет бык пастушку.
Пляшет плоть в обнимку с духом,
Сладко чмокая и блея.
А в углу, собравшись с духом,
Сочиняю под Рабле я…
Покамест я…
Мы будем жить, покамест Пушкин с нами,
Мы будем жить, покамест с нами Блок…
И нищим надо подавать,
Покамест есть они на свете.
Покамест Пушкин есть и Блок,
Литература нас врачует.
Литература нам не впрок,
Покамест Кобзев есть и Чуев.
Покамест все чего-то ждут,
И всяк покамест что-то ищет.
Покамест нищие живут
И на кладбище ветер свищет.
Мы будем жить, а выйдет срок,
То пусть земля нам будет пухом.
И в жизни тот не одинок,
Кто уважает нищих духом.
Покамест жив, цени свой труд,
В бессмертье душу окуная…
А пародисты не умрут,
Покамест не иссяк Куняев.
О пользе страданий
А в полынье, в наплыве мрака,
В воде, густеющей как мёд,
Живая плавает собака,
Стараясь выбраться на лёд…
Молчит толпа. Мальчишка хнычет,
Клубится снег. Тускнеет свет…
И все расходятся по делу.
А я — неведомо куда…
Сугроб пружинил, как подушка,
Я размышлял о бытие.
И вдруг увидел, как старушка
Барахтается в полынье.
Нет, не купается… Одета.
Ручонками ломает лёд.
Но грациозна, как Одетта,
В воде густеющей как мёд.
Как человек и как писатель
Я был немало огорчен.
Со мною был один приятель,
И он был тоже удручен.
Стояли мы. Чего-то