Пенрик и шаман стр. 38
убежищу своего бога. Храм потратил немало усилий, пытаясь воспрепятствовать такому специфическому подходу к божественности.
Освил прожевал это, выглядя так, как будто ему не понравился вкус.
— Это выходит за рамки моих полномочий, — сказал он наконец.
Но не за пределами моих… в принципе. Еще одна тревожная мысль. Сегодняшний день казался непривычно насыщенным ими.Услышав стук копыт, Пенрик поднял глаза и увидел всадника, скачущего к ним галопом. Через мгновение он узнал одного из их гвардейцев, Хейва.
— Благодарение Дочери, я вас нашел! — воскликнул он, останавливаясь перед ними. — Госса и мой сержант просят вас немедленно вернуться. В деревню пришел незнакомец, и он может быть тем человеком, которого мы ищем. Темные волосы и вилдийский акцент, как минимум, хотя он странно одет, и я не могу поручиться за его возраст.
— Ты видел его? — спросил Освил, в волнении приподнимаясь на стременах. — Ты ведь не пытался подойти к нему?
— Нет, сэр, — горячо сказал Хейв. — Он пришел в дом служителя, разыскивая его, как он сказал. Госса сказала ему, что вы уехали по делу, и послала его ждать в храме, а меня — ехать за вами. Сержант и Бар наблюдают за храмом издалека. К тому времени, как я ушел, он еще не выходил.
— Нам лучше поторопиться, — сказал Гэллин сдавленным от тревоги голосом и пустил лошадь галопом. Освил следовал за ним по пятам. Пенрик и Хейв пристроились сзади. Блад бежал за ними. Пен внезапно обрадовался, что взял лук с собой, а не оставил его вместе с седельными сумками в конюшне храма.
С некоторым риском загнать лошадей они быстро вернулись на деревенскую улицу, найдя ее пустой. Они остановились в нескольких домах от храма. Сержант помахал им рукой с того места, где он присел на корточки за чьей-то садовой калиткой, и указал на дверь храма.
— Все еще там, — одними губами произнес он.
Освил молча приветствовал его в ответ. Они все спешились. Запыхавшийся и грязный Блад бросился к дверям храма. Гэллин схватил его за шиворот и потащил, скулящего, к своему дому, где можно было видеть Госсу, выглядывающую из переднего окна и настойчиво манящую его. Пен отстегнул лук от седла, натянул его и надел колчан. Двое других гвардейцев присоединились к ним. Вооруженная группа тихо направилась к портику храма.
Освил жестом указал Пенрику вперед.
— Ну, волшебник, — прошептал он. — Вперед.
Погодите, что, я один?— Не лучше ли нам всем сразу броситься на него?
Выражения на четырех лицах, казалось, не соглашались с ним.
— Если это ложная зацепка, — сказал Освил, — вы единственный из нас, кто может сказать это с первого
взгляда.
Гэллин и Госса вышли из дверей своего дома и стояли, держась за руки и с тревогой наблюдая за Пеном. Пен сглотнул, наложил стрелу на тетиву и шагнул в полумрак храма.
— Посвети мне, — подумал он Дездемоне, и тени исчезли из его глаз, оставив зрение ясным.Мужчина лежал ничком на деревянном полу храма, как раз по эту сторону постамента с остывшим огнем, раскинув руки, в позе, которая могла бы быть выражением глубочайшей мольбы, но не была направлена ни к какому конкретному святилищу на стене. Пенрик не был уверен, видит ли он молитву или усталость. Мужчина был небрит и одет как из