Пенрик и шаман стр. 39
мешка старьевщика: на нем была одежда горожанина, но крестьянские плетеные сапоги и горская шапка из овчины. В одной руке он сжимал длинную палку. Рядом с ним, опустив голову на скрещенные лапы в позе собачьей скуки, лежал огромный черный с подпалинами пес. Его голова поднялась при приближении Пена, треугольные уши навострились; его хвост беспорядочно стучал по доскам, при этом он рычал. Возможно, и он, и Пен были одинаково сбиты с толку?
Если Блад был больше чем собакой, то этот пес был еще более насыщен присутствием.
— Это Великий Зверь. Не так ли, Дез? — Впечатляет, — признала она.— Сядьте, — скомандовал Пен, как он надеялся, убедительным голосом стражника, — но не вставайте.
Мужчина рывком поднялся на колени, хватаясь за палку, чтобы удержаться. Его рукав, откинувшись назад, обнажил руку, испещренную длинными, зловещего вида шрамами. Нож на его поясе светился странной силой, завихряющейся, как полярное сияние, но это видела Дез, не Пен. Мужчина дико уставился на Пена и судорожно вдохнул, приоткрыв рот. Пес встал и зарычал, как показалось, с гораздо большей властностью, чем Пен.
— Инглис кин Волфклиф, — сказал Пен, теперь уверенный, с кем столкнулся. И не знал, что сказать дальше. Вся эта сцена настолько противоречила его предвзятому мнению об этом человеке, что все, что он мог бы заранее подготовить к этой встрече, в любом случае было бы бесполезно. Поскольку ни человек, ни собака не бросились к горлу Пена, он ослабил натяжение тетивы и позволил своему луку опуститься, но все еще держал его наготове. — Мы искали вас.
Глава 9
Инглис оперся на палку, чтобы подняться во весь рост, хотя его правая нога, сильно пострадавшая от утреннего спуска с горы, грозила подогнуться от боли. Светловолосый человек перед ним почему-то казался призраком.
— Уходи, — попытался Инглис.
— Хорошая попытка, человек-волк, — незваный гость просто наклонил голову. — Но немного мимо. И разве "Дай мне свою лошадь" не было бы более уместным?
Как он узнал?.. И затем, как бы сильно ни были повреждены его способности, Инглис узнал в этом парне то, кем он являлся. Пятеро богов, или вернее было ругнуться, Зубы Бастарда, он был не один. Плотность его духа была ошеломляющей.— Колдун. — Инглис был сбит с толку надеждой и страхом. И болью, и душевной болью, и усталостью, и его долгим, тщетным бегством. — Храм или тайная магия? — И, да помогут им всем пять богов, всадник или оседланный? Несомненно, любой столь могущественный демон должен господствовать над человеком? Мог бы Инглис убедить его…
— Боюсь, Храм и только Храм. Вы удивлены не больше, чем я, — он бросил взгляд в сторону Арроу, который переместился и встал по правую руку Инглиса. — Как к вам попала одна из собак Скуоллы?
— Она нашла меня. На горе. Когда я заблудился, пытаясь найти кратчайший путь к Карпагамской дороге. Она не перестает следовать за мной. — Но погоди-ка, как он узнал о Скуолле?
— Ага, — губы блондина изогнулись в улыбке… смятения? — Как вы думаете, это она привела вас сюда?
— Я… не знаю. — В самом деле? Он взглянул вниз на большую собаку, своего спутника в течение многих дней. Инглис предположил, что привлек животное, потому что он был шаманом, и оно каким-то образом перепутало его со своим предыдущим хозяином.