Пепел Марнейи стр. 250
парнишке помочь не смогу, он против них будет один.
Вынув из ножен на поясе короткий кривой клинок с выбитыми рунами, шаман принялся с кряхтением очерчивать круг.
Возле хижины заклубились в воздухе темноватые кляксы, они расплывались, словно чернила в воде, из них что-то выныривало, постепенно обретая форму и плотность. Демоны Хиалы. Громадные крылатые пауки, жабы с женскими лицами и червями вместо волос, карлики на птичьих лапах… Все это общество, очевидно, хотело жрать. Хальнор отступил к стене, держа наготове меч и кинжал. Он слегка прихрамывал: в драке черный зверь повредил коту лапу, и превращение в человека не сгладило последствий травмы.
Одна из летающих гадин попыталась спикировать ему на голову, но сгорела в серебристой вспышке. Ага, парень способен швыряться заклятиями, уже хорошо… Но взбесившихся обитателей Хиалы слишком много даже для Стража.
Лорма и Гонбер подались в сторону, наблюдая за боем.
– Эта тварь меня чуть не убила, – сдавленно произнес Живодер.
Глаза и раздувающиеся ноздри болезненно чернели на его бледном лице. Он был напуган сильнее, чем показывал до сих пор.
– Успокойся, – принцесса взяла его за руку. – Бедный, не переживай так. Силы у него, как у посредственного мага, верные тебе слуги измотают его и задавят числом.
– Сука, – процедил Тибор и повернулся от зеркала к остальным: – Кто со мной?
Ренарна сразу шагнула вперед, а за ней и Тахгры, и Онгтарб, и другие тролли, и даже тихий парень Гаян.
– Погодите, – Венуста заступила им дорогу. – От вас там будет мало толку. Я все-таки кое-кого призову. Не выходите из круга.
Она уже не напоминала расклеившуюся салонную дамочку: сухие решительные глаза, и в голосе никакой дрожи.
– Айвар, мне понадобятся твои вокальные данные.
– Вы хотите, чтобы я спел, моя возлюбленная госпожа?
– Не это. Иди сюда. Пожалуйста, все отвернитесь и смотрите в зеркало, на нас не оглядывайтесь!
В зеркале прижавшийся к стене Хальнор отбивался от своры упырей. Его и видно-то не было – сплошь трепещущие крылья, лапы, хвосты, колтуны разноцветных сальных волос, спинные гребни. Судя по всему, он до сих пор держался. Лорма наблюдала за этой сумятицей, от волнения покусывая губы: страстно надеялась на успех, однако не была всецело уверена.
Сзади доносились довольно интересные звуки. То, о чем Тибор подумал, один из троллей высказал вслух:
– Во дела, они там, что ли, совокуп…
Тяжелая затрещина оборвала эту догадку.
– Они выполняют обряд слияния, – невозмутимо сказал шаман. – На недолгое время после этого голос Айвара станет голосом волшебницы. Человеческая магия, редкая разновидность.
Тяжелое дыхание песнопевца сменилось победным рычанием, вслед за тем наступила тишина.
– Теперь завяжи штаны и вставай! – нетерпеливо потребовала Венуста. – Вот сюда, рядом со мной. Все, господа, мы завершили подготовку к волшбе.
– Моя возлюбленная богиня… – пробормотал, пошатываясь, встрепанный Айвар. – Нежданно-негаданно я побывал в той райской пещере, где цветут неувядающие цветы наслаждений…
– Перестань, – одернула его чародейка. – Сейчас будешь повторять за мной слово в слово, слог в слог, с той же интонацией, понял?
– Да, моя возлюбленная!
– Тогда начали, – она повернулась лицом к юго-востоку и вскинула руки. – Аханакарра сэхт!
– Аханакарра сэхт! – на всякий случай воспроизведя ее жест, оглушительно гаркнул песнопевец.
Тибор взглянул на шамана, вопросительно вскинув бровь.
– Некромантия, – еле слышно пояснил тот. – Если госпожа поднимет больших древних зверей,