Перед лицом Родины стр. 363
виданная по своим жертвам и потерям война, отнявшая у всех нас по нескольку лет жизни… Но теперь все это позади. Войну мы выиграли, мы отстояли свою независимость, мы доказали всему миру жизнеспособность нашего нового, еще никогда не бывавшего на земле строя. Мы заставили не только признать нас, но и уважать и во всем считаться с нами. И я очень рад, что мой брат Константин, хоть перед смертью, но примирился со своей Родиной. Это не какое-то вынужденное примирение. Это естественный итог жизни человека, допустившего в самом начале ее роковую ошибку. В таком примирении я тоже вижу знаменательный символ широкого признания наших успехов. И, откровенно говоря, я счастлив, что на долю моего поколения выпала честь строить новую жизнь и отстоять ее от коричневой чумы немецкого фашизма. Я счастлив, что живу в эпоху великих свершений, что, как и вы все, причастен к воплощению самой большой мечты человечества — строительству коммунизма.
IПрохора вызвал к себе в штаб новый командующий военным округом Федор Ерофеевич Просвиров.
— Здравствуйте, дорогой Прохор Васильевич, — поднялся он из-за стола навстречу ему. — Рад с вами познакомиться. Садитесь, пожалуйста.
Прохор присел в кресло у стола. Командующий уселся напротив него.
— Как вы себя чувствуете, Прохор Васильевич?
— Да, в общем-то, ничего, сносно, — сказал Прохор. — Отдохнуть бы надо.
— Непременно надо, — согласился командующий. — Мы вот вас направим месяца на два на курорт… Там отдохнете, поправитесь.
— Да-а, — многозначительно протянул Прохор. — Едва ли я смогу воспользоваться вашей любезностью…
— Это почему же?
— За мое отсутствие моя семья претерпела немало лишений… Надо мне быстрее устраиваться на работу…
— Об этом вы не беспокойтесь, — поднял руку командующий. — Мы вам материально поможем. Вы за полгода получите жалование… Подлечиться же и отдохнуть вам обязательно нужно. Нужно хотя бы потому, что вам предстоит большая ответственная работа…
— Я не знаю, о какой работе вы говорите, но работать, конечно, мне надо…
— Скажу вам пока между нами. Сейчас формируется Донская кавалерийская казачья дивизия… Есть предложение назначить вас командиром этой дивизии… Что вы думаете на этот счет?..
— Я коммунист, — сказал Прохор. — Подчиняюсь воле партии. Если партия назначает меня на эту должность, значит, так надо.
— Вот и хорошо, что вы так думаете, — кивнул командующий. — Я сообщу в наркомат обороны о нашем разговоре. Можно сказать, что вопрос этот улажен… Вы курите?.. Пожалуйста, — предложил он Прохору папиросы.
Они закурили.
— Прохор Васильевич, — после некоторого раздумья проговорил Просвиров, — должен вам сказать, что Положение сейчас довольно-таки напряженное… Вы вот сидели под стражей, а в мире в это время происходили большие события. Англичане и французы натравили на нас Финляндию. Началась война между Советским Союзом и Финляндией. Она немало вызвала жертв у нас. А тут фашистская Германия потрясает оружием. В 1938 году она присоединила к себе Австрию, а затем по мюнхенской сделке прибрала к рукам Чехословакию… Между Германией, Италией и Японией создался антисоветский блок — ось «Берлин — Рим»…
Для Прохора все это было ново. Да, действительно, он чертовски отстал. Кусок в два с половиной года с кровью оторвали из его жизни. Сколько бурных событий пролетело за эти годы. Они пролетели мимо его сознания, мимо его чувствования и ощущения, словно он эти два года с половиной был