Первая земля стр. 6
кому-то из его учеников, а я, если честно, терпеть не могу латынь.
На этот раз обошлось без лжи.
Стоит отдать Сэйди должное. Она довольно искренняя и продержалась в моем обществе больше трех минут. Неплохо.
– Я тоже не люблю латынь, – рассмеялась я. – Но все эти занудные исследования делают истории доктора Бьюкенена правдоподобными, поэтому я смирилась с этим.
Продолжая разговор, Сэйди заботливо переносила внушительную коллекцию косметики из сумки на свой туалетный столик.
Никогда не видела столько разнообразных штуковин для ухода за собой.
– Папа Джеймс не рассказывал, как вы познакомились. Но я рада, что его книги помогли тебе. Они стали опорой и для меня, когда развелись мои родители. Не могу передать словами, как сильно мне тогда хотелось перенестись в какой-нибудь волшебный мир. Мое восемнадцатилетие и приезд сюда – лучшее, что со мной когда-либо происходило.
Ой. Бедняга. Похоже, в ее жизни все не так просто, как я предполагала.
– Совместная опека? – спросила я.
– Скорее, мировое соглашение. Официально мама получила единоличное опекунство, но я почти ее не вижу. Она работает модельером в Лондоне, а мой отец – адвокат в Калифорнии. Папа Джеймс иммигрировал сюда из Англии, когда родители поженились, чтобы быть ближе к семье, однако сразу после получения им гражданства они развелись и разъехались по разным сторонам света. Лето я проводила на пляже, а все остальное время – в школе-интернате.
– Но у тебя нет акцента…
– Есть, когда мне этого хочется. В этом мы похожи с Папой Джеймсом – оба можем избавляться от акцента по своему желанию. С отцом я разговариваю как калифорнийка, а с мамой как британка. Это здорово сбивает с толку. – Она с досадой открыла ящик туалетного столика и высыпала туда кучу пластиковых тюбиков. – Лучше бы они просто позволили мне насовсем переехать к Папе Джеймсу, чтобы я могла хотя бы притворяться нормальной.
Двойное «ой». Сэйди – красавица, но я ни за что не хотела бы поменяться с ней местами.Я положила в тумбочку несколько прописанных мне лечебных кремов, размышляя, как лучше ответить ей.
– Черт, – отважилась я, – наверняка все это было непросто. Но я понимаю, о чем ты. Доктор Би – замечательный. Чтение парочки выцветших рукописей стоит того, чтобы провести здесь лето.
– Это точно, – просияла она. – За исключением одного.
Она плюхнулась животом на кровать и свесилась через край к своей сумке, болтая ногами за спиной. Дотянувшись, достала ручное зеркальце и проверила состояние туши на ресницах.
– Придется заказать зеркало в полный рост, – посетовала она, глядя на свое отражение. – Кто живет в доме без них?
Я. Вот кто. Но в действительности ли она хочет, чтобы я ответила на ее вопрос? Или мне стоит просто согласиться с тем, что зеркала – это жизненная необходимость для цивилизованного человека? Она была откровенна со мной, поэтому я тоже рискну быть честной.
– У меня дома нет зеркал.
Ее рука с зеркальцем опустилась на пушистое покрывало, и она потрясенно ахнула.
– Не может быть! Как же ты живешь без них?
– Это весьма удобно, когда ненавидишь свое отражение.
Упс. Получилось более драматично, чем я планировала.
Откровенность Сэйди заставила меня забыть об осторожности. Ее лицо преисполнилось жалости, что привело меня в замешательство. Я схватила тетрадь и горсть карандашей из своей сумки