Первый из могикан стр. 349
тиграми. Мы начнем, а другие поддержат. И не только у нас, но и по всему миру, потому что по всему миру творится то же самое…
— Чем это кончится — догадываешься? Смотрел «Сердце Анастасии»?
— Да! Да! Будет кровавая баня. Ну и что! Ты не хочешь умереть стоя? Если каждый из нас будет драться до последнего, если не только верховная власть, но и каждая баба поймет, что мы скорее трижды сдохнем, чем покоримся, тогда… — Мустафа делает сложные движения руками, ему не хватает слов.
— Часть перебьют, а остальные снова покорятся, — возражаю я. — Это так просто. Не всем нечего терять. Есть одна вещь, которую терять никому не хочется: жизнь. Любая. Хоть тяжелая, хоть рабская, хоть унизительная, но жизнь. Мы зальем мир кровью, но по преимуществу своей. Потом уцелевшие овцы вспомнят, что они все-таки не тигры, а власти снова сгонят их в эксменские кварталы и даже примут законы о каких-нибудь послаблениях… Так было всегда, так будет и на этот раз. Мы с тобой этого уже не увидим, да, по правде говоря, не больно-то и хотелось… А может случиться еще хуже, если восставшие доберутся где-нибудь до ядерных материалов и вирусных штаммов. Ты понимаешь, чем хочешь рискнуть? Не жизнями людей — жизнью цивилизации!
— Плевать! — шипит Мустафа. — Игра стоит свеч. А что предлагаешь ты?
— Ждать. Нас трое: ты, Федька, я, и у нас уже пятеро мальчишек, умеющих телепортировать. Когда их станет больше, когда они подрастут, цепную реакцию инициации уже никому не удастся остановить. Мы постепенно подточим систему изнутри, и она рухнет без всяких кровавых бань. Разве не об этом мы договаривались?
— Я с тобой ни о чем не договаривался, — холодно и внушительно произносит Мустафа. — Ты сказал, я выслушал, вот и все. Мы не хотим ждать. Рабы скоро не смогут ждать. Восстание все равно неизбежно, и я хочу знать, с кем ты: с нами или с бабами?
— Я
не с ними, но и не с вами. Я — между.
Мустафа громко фыркает. Если кто-то вдали прислушивается к ночным звукам, то ему, наверное, кажется, что в реке завелся гиппопотам.
— Тем хуже для тебя. Получишь с обеих сторон. Хорошо, я подожду еще немного, а ты подумай… Так не хочешь возглавить группу?
— Нет.
— Тогда я пойду. — Мустафа легко встает на ноги и первым делом вертит головой в поисках возможной опасности. Рефлекс. — К утру вернемся, жди.
— Ладно.
Внезапный крик козодоя волей-неволей заставляет вздрогнуть. Очень похоже на настоящую птицу, пронесшуюся над рекой с полным зобом комаров. Значит, группа готова к выходу, ждет Мустафу…
Или меня.
— Знаешь, когда ты испортился, Тим? — На несколько секунд Мустафа оборачивается, прежде чем исчезнуть в тумане. — Когда ты хотел залезть в ловушку, а мы с Федькой тебя не пустили. Наверное, это у тебя болезнь такая. Мой тебе совет: выздоравливай скорее.
Я молчу. А Мустафа как будто что-то чувствует.
Но зря он это сказал.
24«…уже в июле обеспечит не менее двадцати процентов потребности в электроэнергии. Ожидается, что к концу года с вводом в строй новых объектов энергетики этот показатель удастся поднять до сорока пяти — пятидесяти процентов по сравнению с докризисным уровнем…»
Тим Гаев слушал новости.
Приемник в одном