Пион уклоняющийся стр. 111
Пойду, узнаю, как там с ремонтом. – Центральная чем-то зашуршала, и лифт погрузился в тишину.
– А она совсем не страшная, – прошептал Игнат Нине в ухо.
– Да! – Нина хотела ему рассказать про своего друга и советчика психотерапевта, но тут он поцеловал её в шею. У Нины закружилась голова, она обернулась к нему и… И никто никогда не целовал её так. Стало жарко и трудно дышать. Тут вспыхнул свет, лифт дёрнулся и поехал.
Игнат помог Нине встать, подпихнув её снизу. Затем сам вскочил на ноги. Встав, Нина поняла, что шутки насчёт туалета в углу были не лишены основания. Ещё немного и она бы точно описалась. Вот это была бы романтика. Да и сейчас ей уже стало совсем не до поцелуев. Лифт остановился на её этаже, она стремительно выскочила, Игнат, было, последовал за ней, но она отпихнула его назад в лифт и кинулась к своей квартире. Открыла дверь и, не снимая сапоги и пальто, под подозрительным взглядом Сони промчалась в туалет. Только на горшке к ней вернулась способность соображать. Вот, что он теперь про неё подумает? Решит, что дура. Точно! Ещё одна дура на его голову. Ясно же, что его бывшая именно дура. Конечно, он выглядел занудой, когда расспрашивал её, почему она ставит машину кое-как, наверное, пытался понять, не дура ли она. Ага! А если б она описалась у него на глазах? Тоже ничего хорошего. Надо непременно завтра ему всё объяснить. И как она только не догадалась узнать его номер телефона? Или хотя бы номер квартиры. Хотя, зачем ей номер квартиры? Явишься туда, а там жена. Всю ночь, несмотря на принятый «пион», Нина ворочалась на своём матрасе, прикидывая так и этак, как лучше объяснить принцу своё неподобающее поведение.
Наутро у белого «Рэнжровера» она увидела активистку-общественницу и тут же вспомнила, что та зовётся Людмилой Борисовной.
– Ну, теперь-то вы не будете возражать. – Она протянула Нине бумаги.
– Против чего? – Нина на всякий случай бумаги брать не стала.
– Вы что не в курсе? Вчера весь район без света сидел! У нас же плиты электрические. В лифте у нас женщина с ребенком застряла. Что хотят, то и делают. Думают, управы на них нет. В суде за всё ответят.
– Какая ещё женщина с ребенком? Что вы выдумываете?
– Ничего я не выдумываю. Женщина с ребенком из семнадцатой квартиры и пожилая женщина из двадцать пятой. А если сердечный приступ? Кто будет отвечать? Наша общественность коллективный иск подаёт в суд на лифт этот! Пусть ущерб компенсируют.
– А сколько раз отключали свет? – на всякий случай решила уточнить Нина.
– Девушка, вы с Луны свалились? Вам одного раза мало?
– А лифтов у нас в доме сколько?
Людмила Борисовна присвистнула, покрутила пальцем у виска и пошла в сторону выхода из паркинга.
– В лифте вчера никакой женщины с ребёнком не было, там застряла я и мужчина, из не знаю какой квартиры, вот его машина, – сказала Нина в мощную удаляющуюся спину общественницы. – И если вы обратитесь в суд, то мы оба пойдём в прокуратуру. У нас претензий к лифту нет!
Нина села в свой автомобиль и немного подождала, вдруг появится Игнат. Но он не появился. Пришлось уехать, не опаздывать