Побег на Альфу Центавра (сборник) стр. 321
наблюдала за его мучениями со стороны: Генри предпочел поручить мне конкретную работу по дизайну проекта. Учитывая особенности заказчика, от меня требовалось сделать его как можно более пластичным, позволяющим легко вносить всевозможные изменения.
Задание было трудным, но интересным. Не могло быть и речи о расширении штатов до начала финансирования проекта заказчиком. Мы работали по тринадцать-четырнадцать часов в день с одним выходным. Если не Китти, не было бы и этого единственного дня отдыха, но она пригрозила Генри разводом.
Макс тоже пытался внести свою лепту, цитировал без конца параграфы трудового законодательства и подначивал меня к восстанию против Генри. Адвокат не в состоянии понять душу программиста. А кто может? Только другой программист? Ну, разве, еще поэт. Чтобы прекратить наезды Макса на Генри, я сказала ему, что работаю семь часов в день, а в остальное время получаю удовольствие от занятий искусством программирования.
Искусство требует жертв, и мне пришлось пожертвовать Максу свой единственный выходной. К счастью, жертва оказалась не серьезной.
По воскресеньям мы выезжали в Уайтфилдс, расположенный на пути к Кларксвиллу, полдня катались на лыжах, дышали сухим морозным воздухом, болтали о пустяках, строили планы, а затем обедали и оттаивали у Бреда Дугласа, друга Макса еще со школьной скамьи, в компании с ним и его подружками, которые исправно менялись каждое воскресенье не повторяясь. Я обратила внимание Макса на этот, с моей точки зрения, прискорбный факт.
– Не понимаю, почему бы Бреду не остановиться на ком-нибудь одной, ведь все женщины одинаковы, – изрекла я что-то в этом духе.
Что же ответил мне мой жених?
– Да, дорогая, все женщины одинаковы, и следовательно, идеально взаимозаменяемы.
Мужская логика, что тут возразишь... Все-таки Макс классный адвокат!
* * *Работая в таком темпе, теряешь счет времени. Твое внутреннее время течет куда медленнее внешнего, словно ты летишь к звездам со скоростью света. Звонок из «Теннесси» снова застал меня врасплох. Знакомый голос поинтересовался, куда выслать авторский номер журнала. Я попросила прислать еще десять в счет гонорара, и через час курьер вручил мне сверток.
Я развернула его, дрожа от нетерпения. Запах свежей типографской краски опьянил меня. Я взяла в руки лежащий сверху журнал и стала гладить его, как ласкают маленьких детей, его глянцевую обложку с великолепной фотографией Вирджинского водопада возле Спарты.
Генри разговаривал по телефону, и я не могла похвастаться боссу немедленно. Мне вспомнился герой повести Рэя Брэдбери «Смерть – дело одинокое», который, продав очередной рассказ, высовывался из окна и во всю глотку извещал об этом событии спящий город. Я рассмеялась, представив себя на его месте.
Открыв журнал, я быстро нашла свой рассказ и ахнула: его предворяло небольшое предисловие Барри Экдаха. Речь шла не больше не меньше, чем о восходящей звезде на небосклоне американского детектива... Хоть я и понимала, что это сильное преувеличение, но было приятно. Я возгордилась сверх всякой меры.
Наконец, Генри закончил болтать с «Маттелем», и я вручила ему журнал для Китти, зачитав предисловие Экдаха.
– Это делает честь нашей фирме! У вас не найдется лишнего экземпляра, чтобы послать в «Маттел»?
– Вы уверены, что это стоит сделать? А что, если им не понравится?
– Не беспокойтесь, Николь, едва ли они станут читать