Побежденный. Hammered стр. 162
Аризоны. В центре находился вырезанный из тикового дерева мотоцикл «Индиан», стоявший на старой стойке бара, которая свисала с потолка на цепях. В задней комнате имелось два стола для бильярда, а из расположенного в углу музыкального автомата доносилась старая песня «Линэрд Скинэрд».
Удивленная Грануаль ответила по своему сотовому телефону, не узнав номер, с которого я звонил.
– Привет, это я, мне удалось вернуться, – сказал я. – Никаких имен, ладно? Ты уже в городе или продолжаешь работать у реки Верде?
– Я вернулась несколько дней назад.
– Превосходно. Нужно, чтобы ты как можно скорее заехала за мной в «Хаддл» на Брод-стрит, в Глоубе.
– Я сейчас работаю барменом, – сказала она, из чего я сделал вывод, что Грануаль в «Рула Була». – Моя смена только началась.
– Пришло время увольняться, – сказал я.
– Снова?
– Да, снова и навсегда. Мы переезжаем. С этого момента у тебя начинается новая жизнь.
– Ясно. Мне забрать с собой пса?
Правильным ответом было «да», но я хотел еще раз повидать вдову.
– Нет, мы заберем его вместе, – ответил я.
– Ладно. Жди меня через час.
Она была такой быстрой и решительной. Я надеялся, что Грануаль сумеет преодолеть все трудности подготовки. Точнее, надеялся, что мне удастся прожить достаточно долго. Видение Морриган не шло у меня из головы, не говоря уже о последствиях, о которых предупреждал Иисус.
Прежде чем я успел сделать второй звонок, Перун напряженно зашептал:
– У тебя есть аризонские деньги? У меня нет.
Как мило с его стороны тревожиться о счете.
– О, никаких проблем, Перун. Выпивка за мой счет, – сказал я. – Тем более что ты не собираешься допивать свою кружку.
– Ну, благодарю. Пожалуй, мне пора уходить, Аттикус, хочу исследовать страну, найти место, где я мог бы спрятаться.
– Так скоро? – Я поблагодарил его за неоценимую помощь и выразил надежду, что в результате исследований Америки ему удастся найти город, населенный крепкими и сочными волосатыми женщинами.
– В Америке есть такие места? – с удивлением и надеждой спросил он.
– Я уверен, что есть. Это страна неограниченных возможностей, – заверил его я.
Перед уходом Перун отпустил несколько вульгарных шуток про Грануаль и Оберона, а я снял заклинание невидимости с его мехового плаща.
– Я рад знакомству с тобой, – сказал я. – Это одна из многих вещей, которую я могу считать на сто процентов позитивной. Ты лучший из всех богов, которых я знаю.
– А ты единственный друид, которого я встречал, – ответил Перун, – но думаю, ты лучший.
Он хотел уйти, несколько раз мощно похлопав меня по спине, но решил, что этого будет мало, и заключил меня в медвежьи объятия. Мне показалось, что меня стиснули между двумя волосатыми камнями. Когда он вышел из «Хаддла», я с трудом сдержал смех, увидев, с каким очевидным облегчением вздохнули все посетители. Мне удалось скрыть улыбку, сделав несколько больших глотков пива.
Дополнительный алкоголь придал мне смелости для следующего звонка. Я набрал номер и приготовился к тяжелому разговору.
– Хал, это я. Я вернулся. И у меня плохие новости.
– Да, я ждал твоего звонка, – сказал новый альфа Стаи Темпе, и его голос был полон напряжения. – Я и сам знаю, что все плохо, но вопрос насколько? Они оба мертвы или только мой альфа?
– Полной ясности еще нет. Будет лучше,