Почти смешная история и другие истории для кино, театра стр. 136
друг на друга. Герман Сергеевич долго возился, пристегивая ремень безопасности, а Зоя Павловна изучала собственные ногти.
Как-то мимолетно Герман Сергеевич все-таки взглянул на Зою Павловну, и та в ответ виновато улыбнулась и так же виновато пожала плечами.
Вдруг кто-то снаружи подергал дверцу машины. Женщина, совсем молодая, в кожаном пиджачке — сегодняшний признак материального благополучия, — нараспев попросила:
— До города подбросите, владелец?
Герман Сергеевич обрадовался — сейчас пассажир был бы спасительным выходом.
— Садитесь!
Женщина полезла в машину и, как села, сразу заговорила без умолку, сейчас это тоже было кстати.
— Прямо-таки не выношу общественный транспорт. Конечно, ваш передвижной шалаш — не мой уровень, но все же получше, чем в рейсовом автобусе дышать чужой одеждой!
— А какой ваш уровень? — Герман Сергеевич обиделся за своего друга. «Москвич» несся по шоссе с хорошей скоростью. Но женщина болтала больше для себя, чем для других.
— Вот сапожки на мне, финские, сто десять плюс двадцатка за сервис, ну, за доставку на дом! А у меня зарплата как раз сто тридцать. Значит, купила сапожки и на месяц завернулась в блин?
Зоя Павловна улыбнулась.
— У вас, наверно, муж… с заработками на уровне!
— Я по обмену ездила! — небрежно сообщила пассажирка.
— Переезжаете за город? — удивился Герман Сергеевич. — Может, теперь мода такая?
— Нет, там у меня в сельпо приятельница работает. Мы с ней детали оговаривали. Детали обмена. Мы мужьями меняемся!
— Чем меняемся? — ахнула Зоя Павловна.
— Не чем, а кем! — поправила женщина. — Мужьями!
Теперь захохотали оба — и Зоя Павловна, и Герман Сергеевич.
— Остановите ваш драндулет! — возмутилась женщина. — А то вы от вашего глупого смеха еще во что-нибудь врежетесь!
— Как это, мужьями? — не унимался Герман Сергеевич, но все-таки притормозил.
— Честнее меняться, чем изменять, — отрезала женщина. — Темные вы люди! И рубль возьмите, я задаром не езжу!
— Рубль не возьму! — заявил Герман Сергеевич. — Рубль — не мой уровень!
— А больше вы и не стоите! — Женщина спрятала рубль обратно в кошелек и гордо вышла из машины.
Герман Сергеевич и Зоя Павловна снова остались одни. И поехали дальше безо всякого разговора.
— Значит, так… — начал наконец Герман Сергеевич.
Зоя Павловна приготовилась слушать, но продолжения не было. Зоя Павловна ждала-ждала, потом не выдержала:
— По-моему, вы хотели что-то сказать?
— Не перебивайте!
Зоя Павловна послушно притихла. Но вскоре была вынуждена прервать молчание.
— Спасибо, мы приехали…
Герман Сергеевич остановил автомобиль.
— Значит, так! — повторил он. — Уезжаю в Вологду. Вернусь, все обсудим.
— В Вологде не была… — Зоя Павловна вышла из машины.
Герман Сергеевич тоже вышел.
— Сегодня вы хорошо смеялись и хорошо плакали. Мне понравилось!
Ну?
Залез обратно на водительское место и мгновенно уехал.
Затем Герман Сергеевич ставил машину в гараж, и, как обычно, возник Михалев.
— Все хмурый ходишь? Самоед! Все давно позабыли уже, уже другие судьи понаделали дел, и, как говорят, судье виднее, а ты…
— Как дома? — перевел разговор Герман Сергеевич.
— Плохо! — признался Михалев. — Музыка дочку дожала. Разъехались они!
Герман Сергеевич прислушался. Неподалеку надрывался баян.
— Обожди! — удивился Герман Сергеевич. — А это?…
— Так это дочь от нас переехала. А он остался… вместе с баяном и роялем, — грустно поведал Михалев.
На пульте зажегся сигнал, Ириша привычно сняла трубку.
— Приемная Коробкова!.. Добрый день, Илья Григорьевич… Нет, Николая Корниловича нету,