Библиотека

Под сенью каштанов стр. 38

Размер шрифта
-
+
Тема

выписки, обнаружила, что та их не обналичила. После этого она стала посылать Мэйзи наличные. Колин же заявил жене, что она сошла с ума.

— Она ведь все равно истратит их на наркотики, — холодно бросил он.

— В таком случае я бы предпочла, чтобы Мэйзи получала деньги от нас — от меня, — возразила Броуди. Она боялась даже подумать о том, каким способом ее милая и славная дочурка начнет добывать себе деньги, если они перестанут приходить от матери.

Перед самым Рождеством последний конверт с деньгами вернулся из Кэмдена с пометкой «Адресат выбыл». С тех пор они больше не имели известий о своей дочери. Броуди терзалась дурными предчувствиями, не представляя, куда та могла переехать. Она написала подруге Мэйзи, единственному человеку в Лондоне, которому могло быть известно хоть что-нибудь о ее местонахождении, но Коллин ничего не знала. Коллин и Мэйзи поступили в университет в одно и то же время. «Я старалась не терять ее из виду, — написала в ответ Коллин, — но когда в последний раз навещала притон в Уилздене, ее там уже не было…»

А Броуди даже не подозревала, что ее дочь живет в Уилздене, да еще в притоне!

Джош несколько месяцев тоже искал свою сестру, но безрезультатно.

Внизу послышался шум — кто-то вошел в дом через заднюю дверь. Скорее всего, это Джордж, ее свекор, явился, чтобы заняться машиной своего сына. Колин предавался ремонту и восстановлению «триумфа» со страстью и одержимостью, которую некогда питал только к своей жене и детям. Он ничего не жалел для машины, не скупился на любые расходы, если речь заходила о покупке или изготовлении для нее запасных частей, и практически все свободное время проводил в гараже, где и стоял злосчастный «триумф». Двум другим автомобилям приходилось довольствоваться подъездной дорожкой.

Броуди потихоньку проскользнула в спальню и быстро оделась. Затем она припудрила нос и нанесла макияж, особое внимание обращая на то, чтобы глаза не выглядели красными и припухшими. Меньше всего ей хотелось, чтобы Джордж догадался о том, что она плакала.

— Доброе утро, — хмуро проворчал свекор, когда она спустилась в кухню. Он как раз наливал воду в кружку, из которой торчал хвостик чайного пакетика. Возраст Джорджа приближался к семидесяти годам, и он до сих пор оставался привлекательным мужчиной с пепельно-стальными волосами, которые лишь слегка поредели на макушке, и резкими чертами лица, неизменно сохранявшего властное и презрительное выражение. Он работал бригадиром на автозаводе в Биркенхэде, и, по слухам, рабочие боялись его как огня. Боялись и ненавидели.

— Доброе утро, — сквозь зубы откликнулась Броуди. Джордж никогда не снисходил до

того, чтобы постучать в дверь, и вообще вел себя так, словно дом принадлежал ему. И еще он никогда не спрашивал разрешения сделать себе чай. Пожалуй, Броуди напрасно тешила себя надеждами, ожидая, что свекор будет вести себя так, как вела бы себя она, оказавшись в его доме. Говоря откровенно, она его терпеть не могла.

И в этом Броуди была не одинока. Супруга Джорджа, Эйлин, бросила его после сорока пяти лет совместной жизни, когда он вышел на пенсию. Она просто не могла двадцать четыре часа в сутки находиться с ним под одной крышей. Джордж был грубияном, который считал, что он прав всегда

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.