Библиотека

Подростки стр. 255

Размер шрифта
-
+
Тема

затруднения, звоните мне. Вот телефон. Утром до семи, вечером после десяти.

Он сунул записку с телефоном Сереже в руки и ушел.

Через два дня во дворе у входа в агитпункт появилось объявление:

«Организационный комитет клуба юных космонавтов «Юпитер» объявляет прием в члены клуба. Принимаются ученики восьмых и девятых классов. Запись свободная. За справками обращаться к председателю комитета С. Нартикову».

Не только я, многие ребята отнеслись к идее, выдвинутой Ойвеговым, скептически. Клубов и кружков во дворе и до сих пор возникало множество. Но ни один не просуществовал больше месяца. Главное — ни у одного из них не было помещения. Если стояла сносная погода, заседание проводили на скамейке в сквере. В дождь ребята сразу же разбегались по своим подъездам. И начиналась, как утверждали остряки, «работа в секциях». В итоге кому-нибудь ставили синяк под глазом или разбивали стекло на лестничной клетке. Вмешивался домовый комитет. Обычно не выдерживал руководитель клуба. Исчезал.

На этот раз начало оказалось удачным. Всех это очень обрадовало. Степан достал в завкоме бумажку с просьбой выделить для клуба комнату. К управдому мы с Сережей пошли вместе. Он без лишней волокиты написал соответствующую резолюцию. Комендант привел нас в чистенькое, недавно отремонтированное полуподвальное помещение. Комнатка оказалась просторной, уже обставленной мебелью.

— Вот, — широким жестом приглашая нас войти, сказал он. — Будьте хозяевами. Ключ сдавайте в соседнюю комнату председателю домового комитета.

И вот первое заседание оргкомитета в новом помещении. Ойвегов был в хорошем настроении, шутил, хвалил нас за расторопность.

— Ну что? А вы сомневались, — говорил он. — Да при желании всего можно добиться.

Мне нравилось, что Ойвегов не докучал наставлениями. С самого начала предоставил ребятам право самим решать, что и как делать. И мы не удивились, когда в следующий четверг (мы собирались один раз в неделю) он в клуб не пришел. Сказал Сереже по телефону:

— Вы уж как-нибудь без меня. Прием новых членов, оформление кружков — дело простое. Записывай всех желающих. Потом разберемся.

Сережа согласился. Все складывалось удачно. Желающих записаться в клуб нашлось много. Ребята все свои, знакомые. Меня утвердили секретарем. Заставили писать протоколы, вести списки. Склонившись над тетрадкой, я все же поглядывала по сторонам: не появится ли Боря среди ребят, заполнивших комнату. Накануне Сережа с ним говорил. Он обещал зайти. И вот или опаздывает, или раздумал. Если где-нибудь задержался — это ничего. Время терпит. А вот если раздумал, вторично уговорить его будет нелегко.

Когда стали распределять ребят по кружкам, возник спор. Оськин захотел участвовать сразу в двух кружках. Сережа сказал, что ему это не под силу.

— А твое какое дело! — горячился Оськин. — Ты моей силы не меряй.

Тут выступил вперед Перепелкин, поддержал Оськина.

— Давайте примем правило, — предложила я. — Каждый состоит только в одном кружке.

— Давайте такого правила не принимать! — закричал Оськин.

Поднялся шум. Все кричали, размахивали руками, доказывали свое. В сутолоке Сережа и не заметил, как кто-то задел цветочную тумбу, она покачнулась, и горшок с цветком полетел на пол.

Сразу все смолкло. Десятки рук потянулись, чтобы собрать землю, соединить разлетевшиеся в стороны черепки. А дальше произошло то, чего я больше всего опасалась. Дверь отворилась, и на пороге появилась председатель домового комитета Дарья Тихоновна Лемешко — женщина

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.