Подростки стр. 45
захватила из дому Клава. Выкопанные цветы они уже в подъезде дома разделили поровну.
— Спрячь до утра дома, — горячо шептала подруге Света. — Да смотри, чтобы никто не увидел. Завтра мы с тобой удивим весь класс. Таких роскошных цветов ни у кого не будет.
Клава согласно кивала головой. Но, едва она осталась одна, ей стало страшно. Прижимая коробку с цветами к груди, она побежала домой. Она мечтала об одном: лишь бы суметь проскользнуть из коридора в ванную, чтобы не увидела мама. Ей это удалось. Она завернула принесенные цветы в газету и спрятала под ванной. И тут же шмыгнула в свою комнату, разделась и легла в кровать.
Через полчаса ее разбудила мама.
— Клава, что это такое? — спрашивала она. — Что это за цветочная рассада под ванной? Откуда взялась?
Клава попыталась удивиться. Какая рассада? Она ничего не знает. Но смущенное, растерянное лицо и неуверенный взгляд глаз выдали ее. Плача и раскаиваясь, она все рассказала.
— Вот что, Клава, — сказала мама. — Это очень хорошо, что ты смущаешься и понимаешь, что поступили вы не лучшим образом. А если без обиняков говорить, то поступок ваш скверный. И, чтобы снять с себя это пятно, ты сейчас же пойдешь и посадишь все эти цветы на прежнее место, и точно так, как они росли. Чтобы утром никто и не заметил пропажи. Будто бы ее и не было. Понятно? Посади все на место. Да не забудь: полей.
— Понятно, — еле слышно пролепетала Клава и начала одеваться.
Выйдя во двор и глянув в темноту сквера, она прижалась спиной к холодной кирпичной стене дома и, сколько ни заставляла себя, не смогла сделать вперед ни шага. Идти к клумбе она не решалась. Нужно позвать кого-нибудь. И обязательно мальчишку. С ним не так боязно. Выбор ее почему-то пал на меня. Может быть, потому, что мы жили в одном подъезде. Одним словом, поздно вечером в квартире раздался звонок. Клава вызвала меня на лестничную клетку и, сдерживая слезы, торопливо рассказала все, что с ней произошло. Она просила об одном: проводить ее до клумбы и побыть с ней, пока она будет рассаживать цветы.
— Ну, чего ты дрожишь-то вся, — успокаивал я ее. — Ведь все можно еще поправить. Подожди меня здесь. Я сейчас. Только предупрежу маму.
Вскоре Клава уже рассаживала цветы на клумбе, а я подсвечивал ей фонарем.
На следующий день Клава старалась не попадаться на глаза Свете. Но та сама разыскала ее во время перемены.
— Где же твои цветы?
Клаве пришлось все рассказать.
— А-а!.. — протянула разочарованно Света. — Не завидую я тебе. Твои
родители не очень современные люди. Они воспитывались, наверное, еще на идеях частной собственности. Цветы ж общие. Что во дворе на клумбе, что у нас в школе. Общие. Ничьи, значит. Поняла?
Клава ничего не поняла, но спорить не стала. Просто отошла в сторону. Но после уроков, когда они шли из школы, Света снова завела этот разговор. Похвасталась, что получила за цветы от учительницы благодарность. И рассказала, что дома отец тоже обнаружил принесенные ею украдкой цветы и, догадавшись, откуда они, стал увещевать:
— Неправильно ты поступила. Сказала бы нам, купили бы тебе цветы. А так…
Но мама вступилась за дочку.
— Не обеднеет дворовая