Библиотека

Подвиг продолжается стр. 470

Размер шрифта
-
+
Тема

чемодан!

— Лещева! Имейте выдержку, — строго предупредил Алексей.

— Что ты, что ты! Неужели забыла, Анна, — продолжал Приходько. — Ты еще хотела носильщика взять, а я говорю: «Давай помогу». И понес оба чемодана на Казанский, а ты шла с сумкой.

— Вы подтверждаете эти показания, Лещева?

— Ни в коем случае! Ни за что! Он все врет! Вы не смотрите, что он тихоня. Он такой, все может, из бывших. Сидел за кражу и теперь тень наводит...

Лицо Лещевой обострилось, горящие яростью глаза то сужались, то делались огромными. И вся она, похожая на ястреба, подалась вперед, готовая вцепиться в лицо Приходько. Тот же съежился на стуле и пугливо оборачивался к Русову, как бы ища защиты.

— Ага, отвернулся, стыдно стало! — продолжала бесноваться Лещева. — Ты же сам говорил: «Хорошо в Москве погулял с Николаем», а теперь отпираешься! И чемодан отдал. Я еще не хотела брать, своих вещей полно, а ты: «Помогу, помогу». Вот и отвечай теперь!

— Что же это такое, товарищ следователь, — умоляюще смотрел на Русова Приходько. — Она же бессовестно наговаривает.

— Ах, наговариваю! Не по вкусу пришлась моя правда. Я всех вас выведу на чистую воду!

— Гражданка Лещева, помолчите. Записываю показания каждого так, как вы их даете.

— Товарищ следователь, поверьте мне. Я могу все повторить слово в слово. Она получила чемодан, я только помог перенести, и все. Потом попрощались на вокзале. Она еще попросила меня письмо отвезти.

— Врет! Опять врет! Бесстыжие твои глаза!

— Лещева! — Русов ударил ладонью по столу. — Да помолчите вы, наконец! — и обратился к Приходько: — Какое письмо?

— Не знаю. Велела в Воркуте опустить в почтовый ящик. Я еще говорю ей: «Нескоро попаду в Воркуту, закончу дела и поеду на Полтавщину отдыхать». А она мне: «Ничего, говорит, хоть когда, только в Воркуте опусти».

— Что же на конверте было написано? Какой адрес?

— Не помню. Знаю, что письмо было в Сыртагорск, а кому — не помню.

— А-а, утопить хочешь! — вновь закричала Лещева. — Но я тебе еще покажу, долго будешь помнить!

— Гражданка Лещева! — строго и сдержанно сказал Алексей. — Я начинаю думать, что вы умышленно мешаете выяснить истину. Вы подтверждаете показания Приходько?

— Это наговор, а не показания.

— Так и в протокол занесем...

Когда очная ставка окончилась и Приходько вышел, Алексей спокойно продолжил допрос Лещевой:

— Итак, сколько мест у вас оказалось, когда вы прибыли на Казанский вокзал?

— Все, сколько было.

— Но вы один чемодан отправили багажом.

— Это с картошкой.

— А-а, ну-ну. Понятно. И телеграммы из Москвы вы послали с благими намерениями?

— Я тут ни при чем. Мне Верка велела.

— Когда? Ведь шестого сентября ее чемодан вам передал Приходько, а самой Малининой не было.

— Еще накануне, когда прощались. Она велела подать телеграммы, а сама поехала на аэродром, но я забыла и подала шестого.

— Странно. Если она улетела пятого, то как же чемодан попал к Приходько?

— Откуда мне знать? Может, он на аэродром с нею ездил... Наверное, вместе с Николаем отобрали у нее чемодан и скрылись.

— Да-а, не гладко получается. Вот, смотрите, железнодорожный билет. Он сохранился вместе с командировочным удостоверением Приходько в бухгалтерии шахты. А вот, взгляните сюда, расписание поездов. Приходько приехал в Москву за два часа до отхода вашего поезда. Стало быть, он сошел

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.