Поглощенные туманом стр. 93
Паола поспешно занимает место рядом с сестрой, и Стефано садится возле Ники. Его пальцы вскользь касаются ее бедра. Она вздрагивает.
– Что у нас сегодня на ужин? – Джианна потирает руки и с аппетитом рассматривает закуски. – Тарталетки с икрой, креветки, кальмары… Замечательно! Морепродукты.
Несмотря на ее браваду, темные круги под глазами выдают усталые бессонные ночи. Впалые щеки и побледневшая кожа – бесконечная тревога о Мими. Кажется, стоит нажать на нужный рычаг, и Джианна сломается на глазах.
– Да, временный повар замечательно справляется. Однако до Люсы ей все равно далеко. – Паола улыбается брату, пока тот разливает белое вино по бокалам.
– Как она? – роняет Стефано.
– Так же. Но время лечит. Мими поправится, а значит, и Люса тоже. – И Джианна опрокидывает в себя бокал вина.
В ее голосе не слышно привычной иронии и сарказма. Сейчас она такая же обнаженная, как и Ника.
– Знаете, – произносит Паола, – давайте не будем о грустном. Скоро Ника представит каталог и уедет домой, но за это время я так к ней привыкла, что буду скучать. – Женщина улыбается.
– Да уж, – хмыкает Джианна, – она столько насмотрелась, что уже стала почти членом семьи.
– Спасибо, – судорожно выдавливает Ника.
Семья? Я помню ваш разговор.Желание скинуть с себя платье только усиливается. Хочется надеть обычные джинсы и майку. Притворяться кем‑то другим Ника не умеет. И не хочет. Даже ради Стефано.
– Тебе много осталось комнат? – спрашивает мужчина.
Ника смотрит на него и чувствует, как краснеет:
– Только твоя.
Джианна хохочет:
– Так это исправимо. После ужина он покажет тебе свои хоромы. Там даже прибираться не надо. Стерильно, как в больнице. – Она давится последним словом.
– Не до такой степени, – бурчит Стефано. – Но да. Проблемы нет.
– Давайте я сфотографирую вас всех вместе! – восклицает Ника, чтобы избежать щекотливой темы, и с радостью хватается за камеру.
На лице Джианны сверкает искренняя улыбка, и она притягивает сестру к себе. Паола смеется. А Стефано слегка наклоняет голову и тепло улыбается. Фотография выходит чудесной. И Ника впервые чувствует, что перед ней настоящая семья.
За ужином разговоры шли о моде, о России и зиме. Беседа велась мягко и непринужденно. Даже Джианна поумерила пыл и перестала цеплять Нику. Но все равно нечто невидимое висело удушливым колпаком над ними и мешало забыть о страшном пожаре в подземелье.
Джианна первая отправилась спать, а вскоре и Паола.
Ника сама не замечает, как стрелки на часах двигаются в сторону полуночи. Но Стефано никуда не спешит. Он молча разглядывает вино в бокале и даже после ухода сестер не нарушает тишину.
– Наверное, пора отдыхать. – Ника откладывает в сторону десертную вилку.
Стефано переводит на нее задумчивый взгляд и кивает:
– Сфотографируешь мою комнату?
Несколько секунд Ника осмысливает вопрос.
– Возможно, лучше днем?
– Днем я буду работать. Сейчас самое время. К тому же я еще не хочу спать.
Она не решается возразить. Стефано говорит мягко и спокойно, но в его тоне ощущается властность. И Ника покорно встает и следует за графом по пустому замку. Он так же включает свет в каждой комнате. Интересно, сегодня кто‑нибудь выключит его или окна замка будут гореть желтыми глазницами всю ночь?
Знакомая винтовая лестница, на которой двести лет назад погибла Росина, приводит Нику в круглую