Погоня за тремя зайцами стр. 67
сидела девушка с красно-зелеными коротко стриженными волосами. Она красила ногти на левой руке в интенсивный синий цвет и одновременно разговаривала по телефону, прижимая трубку плечом.
– Нет, ну ты заливаешь! – восхищенно говорила она в трубку. – Я просто тащусь! А она чего? А он? Ну какой козел! Ну, это да, все мужики козлы… женщины, вы к кому? – осведомилась она, не прерывая своих занятий и вопросительно уставившись на подруг.
– К Куницыной, – ответила Ирина, но девица ее явно не услышала. Ее глаза округлились, и она воскликнула:
– Да ты что? С Вадькой? Да я ее убью! И его убью! Нет, ты мне точно не заливаешь?
Ирина не стала дальше слушать и решительно прошла мимо разноцветной девицы, волоча за собой вяло упирающуюся Катерину.
– Ты сама хотела поговорить с этой Куницыной, а теперь упираешься!
– Нет, но до чего люди интересно живут! – пробормотала Катя, обернувшись на разноцветную секретаршу. – Какие страсти! Какие чувства!
– Тебе мало приключений? – недовольно проговорила Ирина, сворачивая по коридору налево. – Вспомни историю с Геннадием…
– Ой, только не это! – Катя вздрогнула. – Как ты не понимаешь, это совсем другое…
Из полуоткрытой двери, мимо которой они проходили, выскочил всклокоченный мужчина в клетчатом пиджаке и прокричал кому-то невидимому:
– Пускай подают в суд! Нет, пускай они подают в суд, а мы над ними посмеемся! Хорошо, если судить будет Сукалова, она за нас в огонь и в воду! А если Сергачова, в лучшем случае они высудят пару тысяч!
Увидев подруг, он резко остановился и осведомился:
– Вы по претензиям? Насчет клеветы? Это в семнадцатую комнату, к Полканскому. Только его сегодня нет, его никогда не бывает до пяти и после четырех…
– До пяти и после четырех? – удивленно переспросила Катерина. – А когда же он все-таки бывает?
– Сами удивляемся, – клетчатый мужчина пожал плечами, – умеют же некоторые устроиться…
– Но вообще-то мы не к нему, – вступила в разговор Ирина, – нам нужна Елена Куницына.
– Куницына? – недоверчиво проговорил мужчина и машинально пригладил ладонью волосы. – По поводу морального урона? Но это все равно к Полканскому!
– Не по поводу урона, – заверила его Ирина, – у нас для нее материал. Очень интересный, можно сказать эксклюзивный…
– Да? – мужчина оживился. – А зачем вам Куницына? Давайте мне ваш материал, я и сам могу кого угодно оклеветать… то есть о чем угодно написать…
– Да нет, нам нужна именно Куницына, – не сдавалась Ирина, – нас направили к ней…
– Девятая комната, – разочарованно проговорил клетчатый, – только она сейчас, скорее всего, курит. Она все время курит, когда не пьет кофе.
Мужчина исчез за дверью, а подруги двинулись дальше по коридору.
Вскоре коридор сделал резкий поворот, и они оказались в ярко освещенном холле, где вокруг искусственной пальмы в непринужденных позах расположились несколько газетчиков с зажженными сигаретами. Поскольку только одна из присутствующих была женщиной, высокой худой брюнеткой с длинным носом, то именно к ней и направились подруги.
– Вы случайно не Елена Куницына? – осведомилась Катя, которой по сценарию отводилась активная роль.
– Ну, допустим, – отозвалась брюнетка, подозрительно поведя носом и стряхнув в кадку с пальмой пепел с сигареты, – а что мне даст это чистосердечное признание?
– Дело в том, что я – пресс-секретарь и пиар-менеджер писательницы Ирины Снегиревой, – Катя с некоторым трудом произнесла эту заранее заготовленную фразу и