Библиотека

Покой нам только снится стр. 110

Размер шрифта
-
+
Тема

силами нашей организации и провести такие парады в двадцати семи регионах. Без официоза, без плана, спущенного сверху, что называется, от души. А другие регионы на следующий год сами подтянутся. А можно и родственников погибших участников Великой Отечественной на парад пригласить. И пусть тоже с портретами. Дети, внуки…

— Сынок, дай я тебя обниму, всхлипнул Петрович.

Тоже бухой? Так-то мало пил.

— Друг у меня в Афгане воевал, майор Решетнёв. Лётчик, орденоносец. Всё мечтал на параде с орденом пройтись. Убили… Сделаю его портрет. Фото есть, — трезво пообещал подполковник.

Так общаясь сидели допоздна и сидели бы ещё, но мужики уже на грудь приняли прилично. Утром

будит меня Александр Владимирович и прощается — ему рано уезжать надо, а у меня самолёт вечером. Машину за мной другую пришлют. Федор Николаевич на пенсии, ему так рано не надо на службу, но он тоже уже на ногах. Благодарит искренне за помощь с планом мероприятий.

Ну а я? Проснулся поздно, с аппетитом позавтракал, посетил сауну с бассейном — есть такая у министра на даче. И уже ближе к обеду выехал с дачи на обычной «Волге». Машина на весь день моя.

Первым делом к Светке. Нет её. Наверное, на учёбе. Пишу записку и втыкаю в дверную щель. Всякий вздор написал, но ей должно понравиться. Раз тут «обломинго», то еду… правильно, к Виктории. Той тоже нет дома, и бабуля не ведает, где её внук и внучка. Как же не хватает сотовых телефонов! На улице ветерок, морозно. В аэропорт рано. Некомфортно. Куда бы податься? Черт, забыл! У меня же подарок от Шенина для Федирко! Придётся ехать в гости к нашему бывшему первому, всё же вместе работали, хоть и недолго.

— В Центросоюз, — командую я водителю.

Пускать меня не хотят, якобы начальника нет на месте. Но я на входе случайно подслушал разговор двух важных господ (да, знаю, что господа кончились в 17-м, но эти вот как-то заново возродились — уж больно представительно выглядят, и оба на черных «Волгах»), так вот, Федирко — на своём рабочем месте, и просто сказал секретарше, чтобы никого к нему не пускала, по их словам. Рождается «гениальная» идея — позвонить по заветному телефончику Власову. Так и делаю на глазах милиционера, флиртующего с кем-то из начальства местного коммунального хозяйства здания— надменной и ухоженной тетенькой лет тридцати пяти.

— Толь, занят, минута у тебя, — торопит Александр Владимирович, после того, как нас соединили.

— Попросите, чтобы Федирко передали, что к нему Штыба хочет зайти, — торопливо прошу я.

— Моложавая тетка хмыкает, слушая мою просьбу неведомо кому, но тут звенит местный телефон. Мент поднимает трубку и удивленно сообщает:

— Просили Анатолия Штыбу проводить до приёмной.

— Это я. Вот мой паспорт, — довольный достаю свой «серпастый и молоткастый», который скоро станет «пернатым».

— Третий этаж, — показывает на лестницу мент.

— А на лифте можно? — нахально спрашиваю я.

— Что тут идти? — язвительно хмыкает тетенька.

Вот язва! Жалко ей, что ли? Бывают же вредные люди от рожденья.

— Сказали же «проводить»! — напоминаю я.

— Я на посту, — мент застыл сусликом, покрутил головой вокруг и, не найдя никого, обратился к предмету своих ухаживаний:

— Маш, отведи парня?

— Ну, пошли, хоть это и не входит в мои обязанности, — фыркает женщина и, похабно виляя бедрами, направляется… ну, конечно! К лифту.

— Правильно говорить — пойдём, а если совсем вежливо

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.