Покой нам только снится стр. 31
советами профсоюзов принять меры к созданию в учреждениях и организациях культуры и спорта пунктов проката, имея в виду расширить предоставление населению напрокат… видеоаппаратуры, грампластинок, магнитофонных и видеокассет с записями лучших произведений классики, советского и зарубежного искусства», — читаю я брошюру, любезно предоставленную мне женщиной.
— Дело хорошее, но нет там ничего, в прокатах ваших, годного, — многоопытно сообщаю я.
— Да, несколько десятков государственных видеотек на страну, конечно, даже теоретически, никоим образом не могут удовлетворить спрос на видеопродукцию, — вздыхает чиновница. — Практически же, как ни парадоксально, и этими нашими фондами не пользуются. В большинстве видеотек выдаётся по 5–7 кассет в день. Отечественные фильмы решительно неконкурентоспособны.
— Вот именно, одно старьё, которое «спускается сверху». Я не спорю, фильмы на ленинскую тему нужны, как и фильмы, прославляющие героев Гражданской или Отечественной войн, но это очень узкий репертуар! — критикую я.
— Большинство желает смотреть и с жадностью смотрит то, что до сих пор было им недоступно: западные боевики, триллеры, фантастику. Официальный фонд видеопрограмм насчитывает у нас почти тысячу названий, среди которых окажутся лишь не более сорока западных картин, в основном малоизвестных режиссеров. Здесь я вижу большую проблему, ведь видеомагнитофонов в стране уже сотни тысяч, и, если не дать новые фильмы в прокаты, то люди пойдут к черным прокатчикам, — поддерживает меня Антонина Фёдоровна.
— И какой выход планируется? — интересуюсь я, хотя уже объявили, наконец, посадку на наш рейс.
— Со следующего года будем закупать за рубежом популярные фильмы. Вот, например, комедийный боевик «Данди по прозвищу „Крокодил“» уже с первого января будет в прокате. Купили и сейчас озвучивают его, — немного помявшись, сообщила чиновница. — Ранее были приобретены американские киноленты «Конвой» и «Скарамуш», музыкальный фильм «Бал» из Франции, «Путешествие Гулливера», Испания, да много чего.
Ой, что-то недоговаривает мне тётя! А сяду-ка я с ней рядом. Поменяюсь местами.
Глава 11
— Плохая идея, — сомневается моя собеседница. — Некачественный перевод, да и просто, например, неприятный голос может отпугнуть зрителя, — учит меня соседка.
Я предложил ей побыстрее перевести фильмы и пустить в прокат. Да не тут-то было. Оказывается, кому попало доверять перевод нельзя, да и график переводов согласуется в министерстве на год вперёд. Ясно, что никого не отпугнёт голос, если фильм интересный.
— А вы, Анатолий, интересный собеседник. Хотите, помогу чем смогу?
— Не откажусь, — польщенно киваю я.
— Если вы так любите киноновинки, дам я вам телефон такого же фаната. Можете сослаться на меня. Мы учились вместе, оба на фарси специализировались, даже жили вместе. Надеюсь, не забыл, хотя не виделись года три точно.
— Записываю, и спасибо вам большое, — благодарю я, доставая ручку и блокнот.
— А давай так сделаем — поговорим вместе, а то он
может тебе и не поверить. Серьёзный специалист, в своё время у Брежнева переводчиком был, в посольствах работал, в Иране и Афганистане. Я в Красноярске остановлюсь в «Красноярске», — скаламбурила женщина.
— Отлично. Диктуйте. Когда и где? — не спорю я.
Не накинется же на меня она в номере? Ей лет сорок навскидку.
«Михалёв… Михалёв…», — не слышал о таком переводчике.
На слуху только Володарский да Гоблин. С последним я даже бухал как-то в одной компании, но он молодой слишком, чтобы быть другом моей новой знакомой.
Сегодня у меня ещё выходной день, никуда не торопясь сажусь в автобус из аэропорта в город. Моя соседка едет тоже в этом же автобусе, у неё козырное место