Библиотека

Покойся с миром стр. 106

Размер шрифта
-
+
Тема

время, и я позволил себе подползти ближе.

Их было трое, они разговаривали. Я все еще не мог разобрать слова, но узнал голос Моралеса.

Лежа на животе, я смотрел на них сквозь плотную стену растительности. До них было футов сорок, двое стояли, один сидел на земле, но рассмотреть их как следует не удавалось, потому что ветки кустарника шевелились под ветром и то и дело заслоняли обзор.

Наконец я узнал их. На земле, прислонившись спиной к дереву, сидел Виктор. Он тяжело дышал. Иногда стонал. Доминик и Моралес стояли поодаль. Оба оживленно жестикулировали.

Потом Доминик подошел к Виктору и дал ему напиться из фляги. Я облизнул губы — мне тоже ужасно хотелось пить. Доминик закурил, сунул сигарету Виктору в губы. Моралес не приближался.

Через несколько мгновений Доминик сделал быстрое движение правой рукой, и я не сразу понял, что произошло. Он достал нож из ножен и молниеносным движением перерезал Виктору горло.

Потом он стал действовать методично: потушил окурок, сиял с трупа ремень с флягой, ножом и пистолетом. Повесил ремень себе на плечо. Обшарил карманы покойника, взяв все, что в них лежало, я не видел точно, что именно. После этого растянул тело на земле, сложил руки на груди. Моралес громко назвал его дураком, но Доминик, не обращая на него внимания, стал срезать ветви с листьями и закрывать ими тело. Потом он постоял над ним в течение нескольких секунд, склонив голову, перекрестился, наклонился и поднял с земли винтовку.

К нему подошел Моралес, что-то сказал, и они продолжили путь в прежнем направлении.

Я долго лежал не двигаясь, обдумывая то, чему только что стал свидетелем.

Раненых подельников убивают, если они могут сообщить противнику какие-то ценные для него сведения. Что пагубного для Моралеса мог сообщить группе безграмотных туземцев Виктор? Ничего или очень мало. Следовательно, учитывая, что я слышал стрельбу и Моралес явно спасался бегством, преследовал его кто-то другой, а не местные жители. Кто?

Я, естественно, даже догадаться не мог, кто это был. Лес, очевидно, кишел разбежавшимися индейцами, людьми Моралеса и неведомыми преследователями последнего. А причиной переполоха, скорее всего, были документы Бретана. Я единственный знал, где они, поэтому представлял для всех интерес не меньший, чем хорошее полотно в Музее Искусства Джона и Мэйбл Ринглингов. Я должен был опасаться тех, кто находился впереди, и тех, кто сзади, не говоря уже о тех, кто слева, справа и сверху.

Думая об этом, я медленно двинулся вперед.

С расстояния нескольких ярдов осмотрел полянку — вроде все тихо, — однако для верности решил обойти ее стороной.

Никаких ловушек не было, не было и признаков погони. В течение часа я, сократив расстояние, продолжал идти за Моралесом и Домиником, держась далеко справа.

Они остановились на привал примерно через два часа, и я с удовольствием воспользовался этой возможностью, чтобы тоже отдохнуть. Лег на живот и стал наблюдать за ними, пока они сидели на поваленном дереве, курили, держа винтовки наготове. На этот раз я рискнул подползти ближе, так как уже начинало темнеть.

Моралес, Моралес… Ты так близко, а у меня, к сожалению, нет винтовки.

Сейчас мы подобны одиноким плотам в бескрайнем синем океане, непрерывно приближающимся друг к другу, но ты

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.