Портрет девочки в шляпе стр. 86
был ужасно довольный. Лора умилилась и поцеловала ушастую голову.
– Ах ты, разумник наш! Товарища себе притащил. Да ты просто героический пес! Теперь ты у нас будешь Муми Отважный Первый!
Они обтерли котенка салфетками. Через минуту его шерстка распушилась и сделала кота похожим на бело-серый клубок.
– Пушистик, пойдешь к нам жить? – спросила Лора.
Котенок пикнул что-то невразумительное.
– Будем считать это за согласие. Поехали, ребята. Нам еще еду покупать. Семья-то большая.
– И прожорливая, – подсказала Лора.
Ночью, когда наконец удалось угомонить расшалившихся Муми и Пушистика, они решили выпить шампанское, купленное вместе с кормом для собаки, молоком для кота, сыром и хлебом.
Шампанское показалось им необыкновенно вкусным и вместе с хлебом и сыром закончилось поразительно быстро.
– Ну мы и опойки, – подперев рукой щеку, сделала вывод Лора. – Уговорили бутылку и не заметили.
– Должно быть, это от усталости, – предположил Герман.
Они немного посидели молча, потом заварили крепкий чай и достали пастилу.
– Ты знаешь, в тюрьме я часто думал, что делал Щеглеватых в мастерской. Вернее, зачем он приехал раньше. По идее, они должны приехать вместе, вскрыть сейф и забрать икону. Оказывается, он хотел спрятать картину. От кого? Получается, от своих подельников. Кстати, отец Иаков… то есть Виктор Дымницкий по кличке Дымок – один из них. Филин про
него рассказал.
– Интересно. Неужели ты не подозревал, что батюшка поддельный?
– Ни минуты. Он очень хорошо играл.
– Может, он знаком с этой средой? Или в самом деле в монастыре жил?
Герман пожал плечами.
– И знать не хочу. Гораздо важнее, зачем Вольдемару прятать картину.
У Лоры после шампанского разыгрался зверский аппетит. Она умяла пастилу и полезла в холодильник в поисках съестного. Нашла огурец и стала жевать.
– И к какому выводу вы пришли, месье Пуаро?
– Я думаю, Вольдемар решил обойтись без помощников. Чтобы не делиться.
– А может, все наоборот – Вовчик хотел спасти портрет от Дымка? Только почему он спрятал его именно у тебя? Что, других мест нет? Глупо как-то.
– Нет, Царевна, совсем не глупо. Все увидели развороченный сейф, поняли, что украли икону, и больше ничего искать не стали. А он залез повыше и спрятал подальше. А забрать мог в любое время. Хитер.
– Не могу поверить во все это. За что же его убили?
– Так за это и убили. Они за ним следили. Дымок следил.
– А я все время думала, почему он меня втянул в это? Чернышевский – ладно, он вообще за любой кипеж. Но я?
– Не знаю, Царевна.
Он поднял ее со стула и прижал к себе.
– Боюсь даже думать.
Лора потерлась о него и обхватила руками. Ничего не хочу больше знать. Хочу спать и, проснувшись, увидеть, что он рядом.
– Я буду рядом, Царевна.
Так и есть. Он слушает ее мысли.
Уже засыпая на его плече, она сказала:
– Надо с родителями помириться. А ты деду своему уже все рассказал?
И заснула, не дождавшись ответа.
Ему уснуть так быстро не удалось. Прислушиваясь к тихому сопению любимой, Герман продолжал думать обо всем, что с ними произошло. Ведь ясно, что ничего не кончилось, в том числе и для них с Царевной. В этом деле так много намешано, что распутывать клубок придется долго. Поэтому он решил