Библиотека

Пощады не будет никому стр. 162

Размер шрифта
-
+
Тема

на солидную люстру. Он понял, что она висит на крепком крюке. Прошкин сидел в кресле, дрожал, как побитый пес, затравленно озираясь.

А Сергей Дорогин стоял перед ним, сжимая в правой руке пистолет.

— Я, конечно, могу тебя пристрелить, но на такую мразь, как ты, даже пули жалко. Если ты повесишься, это будет лучшим выходом, и для тебя в том числе. Ты меня понял, Прошкин?

— Нет, только не это!

— Ты можешь говорить все что угодно, это ничего не изменит. Я пришел за твоей жизнью. Долгих шесть лет я ждал этого момента, только ради этого я и жил. И вот этот момент наступил, так что прими смерть как полагается, — и Сергей левой рукой вытащил из кармана куртки шелковый бельевой шнур. — Вот твоя удавка, гнусный прокурор, борец за законность. Вставай, залезай на стол!

Дорогин подвинул письменный стол Прошкина прямо под люстру, затем сбросил на пол все бумаги.

— А ну, становись на стол, завязывай петлю, привязывай ее к крюку! Быстро! Или ты хочешь, чтобы я это сделал?

— Нет! Нет! Пощади! — взмолился Прошкин, и по его щекам побежали слезы.

— Плачешь, скотина? Ну-ну, давай поплачь, это твои последние слезы.

Прошкин на дрожащих ногах, готовый лишиться чувств, залез на стол и принялся привязывать шелковый шнур к железному крюку. Дорогин стоял у стены, держа пистолет и целясь прямо в грудь прокурору. Прошкин дрожащими руками сделал петлю.

— Проверь, крепко ли держится шнур.

— Нет, нет, пощади! — Прошкин упал на колени.

Со стороны эта сцена выглядела комично. Прокурор в грязной, залитой коньяком белой рубахе стоит на столе, а над его головой покачивается петля.

— Ну, вставай!

— Нет!

— Вставай, я сказал!

— Нет!

— Вставай, — Дорогин сделал шаг, и Прошкин поднялся на ноги.

— Суй голову в петлю! Ну, быстро!

Прошкин сунул голову в петлю, нижняя челюсть тряслась.

— Вот видишь, это совсем не страшно, — сказал Дорогин.

— Нет! Пощади! — Юрий Михайлович Прошкин все еще надеялся, что этот страшный человек отступится и, может быть, откажется от своего страшного замысла.

Но лицо Сергея Андреевича Дорогина было совершенно спокойным. Пистолет не дрожал в его руке, а взгляд оставался тверд, в глазах читался приговор, причем более красноречиво, чем если бы его зачитал судья, облаченный в мантию. Дорогин понял с этим делом пора кончать, и он резко ударил ногой в стол. Тело, стол — все качнулось, веревка натянулась как струна, и, не удержав равновесия, Юрий Михайлович Прошкин повис, корчась, в петле.

Судороги продолжались недолго, секунд десять. Руки как плети упали вниз, язык вывалился изо рта.

— Вот и все.

Каблуки стучали о крышку стола.

— Вот и все. Не надо меня бояться, господин прокурор, не надо.

Сергей подошел к сейфу, вытряхнул все деньги в спортивную сумку, а затем прошелся по квартире, гася свет.

Он оставил дверь в квартиру Прошкина открытой. Неторопливо спустился по лестнице, жадно вдохнул морозный воздух, облизал пересохшие губы.

— Вот и все.

Машина доктора Рычагова стояла в соседнем дворе.

Снег уже припорошил стекла. Сергей открыл дверцу, сел и несколько минут сидел абсолютно без движения, как ему показалось, даже не дыша. Затем вставил ключ в замок зажигания, повернул его. Дворники принялись сметать снег с ветрового стекла.

Мягко заурчал мотор, и автомобиль, сдав немного назад,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.