Библиотека

Пожиратель душ стр. 140

Размер шрифта
-
+
Тема

продолжал вождь племени Ворона, — который был основой могущества Пожирателей Душ, твой отец забрал и расколол на куски.

Ренн положила, наконец, свою рыбину и недоверчиво переспросила:

— Отец Торака расколол огненный опал?

— Да, — спокойно кивнул Фин-Кединн. — А потом устроил страшный пожар. — Он немного помолчал и прибавил: — Во время этого пожара один из Пожирателей Душ погиб. Точнее, был убит, когда пытался добраться до одного из осколков опала.

— Седьмой Пожиратель Душ… — пробормотала Ренн. — А я все думала, что с ним произошло!

А Торак, не отрывая взгляда от алой сердцевины костра, думал об отце. И о том, что, оказывается, это его отец устроил в Лесу тот великий пожар.

— Значит, отец не просто сбежал от них… — сказал он, как бы требуя подтверждения своим мыслям.

— О нет! Трусом он никогда не был, — откликнулся Финн-Кединн. — И был очень, очень умен. Он все обставил так, словно и он, и его жена погибли в огне. А на самом деле они скрылись в Сердце Леса.

— В Сердце Леса… — пробормотал Торак. Прошлым летом он достиг его границ и хорошо помнил, какие густые тени лежали там под таинственными, настороженными деревьями. — Там им и надо было оставаться! Там им ничто бы не угрожало!

Фин-Кединн помешал ножом потухающий костер, возрождая его к жизни. В отблесках вспыхнувшего пламени его лицо показалось Тораку высеченным из гранита.

— Им надо было остаться в племени твоей матери, вот что я тебе скажу! То, что они ушли в лесную чащу и стали жить одни, их и погубило. — Вождь племени Ворона внимательно посмотрел на Торака. — Впрочем, их ведь предали. Брат твоего отца узнал, что они еще живы. И с тех пор на них велась настоящая охота. А твоя мать… — Он как-то судорожно вздохнул. — Твоя мать не желала подвергать опасности родное племя, оставаясь среди своих. В общем, поэтому они и ушли. — Финн-Кединн снова помешал догорающий костер. — И следующим летом на свет появился ты.

— А она умерла, — сказал Торак.

Вождь молчал. Казалось, он смотрит в прошлое, и в его ярко-голубых глазах плескалась боль.

Торак отвернулся, березы вокруг них, точно в горестной мольбе, тянули голые ветви к холодному небу.

Вернулся Волк, из пасти у него торчала задняя лапа зайца. Плюхнувшись в сторонке, он сперва высоко подбросил заячью лапу, а потом, явно красуясь, высоко подпрыгнул и поймал ее в воздухе.

Ренн первой нарушила молчание.

— А тот огненный опал… — неуверенно спросила она. — Ты говоришь, он был расколот на куски, да?

Фин-Кединн подбросил в костер топлива и повернулся к ней.

— Скажи мне, Ренн, — ты ведь сама держала его в руках, — какой он тогда был величины?

Торак нетерпеливо дернул плечом:

— Да какая разница! Разве теперь это имеет значение?

— Примерно с утиное яйцо, — сказала Ренн. И вдруг охнула: — Значит, это был всего лишь осколок!

Вождь кивнул:

— Да. Целиком тот опал был не меньше твоего кулака.

Воцарилась тишина. Волк лежал на берегу, тихо терзая заячью лапу. Даже ольховины перестали стучать своими шишечками, беседуя друг с другом.

— Значит, опал, который упал в пропасть вместе с Повелительницей Летучих Мышей, это всего лишь осколок? Значит, могут найтись и другие осколки? — сказал Торак.

— Да, они наверняка существуют, — кивнул Фин-Кединн. — Ты сам подумай, Торак.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.