Праймзона стр. 123
– А может он в карты архипелаг этот проиграл, как ты свой замок? – не церемонясь, заметил Иманд.
Но Рутгер не обиделся.
– Может и так, – легко согласился он. – Но все равно, это поражение, хоть и карточное!
И герои, и Иманд согласно кивнули – крыть было нечем.
Битый час продолжалась познавательная экскурсия по Аллее Королей.
Много нового узнала для себя Фрида. Иманд освежил в памяти уроки старичка-гувернера. А Буджум успел сгрызть все ногти на левой руке (что он делал обычно в редкие минуты напряженной интеллектуальной деятельности).
В итоге были отвергнуты все кандидатуры кроме скромного добродушного толстяка на невысоком коньке-горбунке (больше похожем на онагра) по имени Прост Восьмой.
Относительно Проста Восьмого у Иманда и Рутгера был полный консенсус. Поскольку ни один, ни второй не знали об этом короле ровным счетом ничего.
– А вдруг он и есть тот самый “единственный непобедимый”? – предположила Фрида. – А что? Такой вот парадокс! Настолько скромный, что ни с кем не воевал! А раз не воевал, так и случая его победить ни у кого не было!
– Логично, – подал голос Шелти. – Ведь если бы он воевал, то, наверное, оставил бы след в хрониках, а значит – и в истории...
– Выходит, это он “хранит покой” Голубого Шара? – спросил Людвиг.
– А вот это мы узнаем, если у нас получится подкопаться под постамент. Ведь ясно же, что такая большая штука, как Голубой Шар, почти наверняка хранится под землей! – сказал Рутгер.
Было бы сказано – сделать недолго.
Шелти заложил под Проста Восьмого три прайм-бомбы. После чего отряд во всю прыть помчался прятаться за более именитыми королями.
Грянул взрыв.
Прост Восьмой покачнулся, но устоял – даром что ли тренировался столько столетий!
Зато под его постаментом образовалось нечто вроде медвежьей берлоги, остро пахнущей горелым праймом.
Иманд извлек специальный охотничий заступ, а Буджум уже не в первый раз приспособил для саперных целей свой летающий меч.
Вдвоем они расширили берлогу до размеров крупного склепа.
Однако, к их вящему разочарованию, занавес из песка и пыли не расступился, открывая проход к облицованному древним кирпичом хранилищу Голубого Шара.
Увы! Голубого Шара под Простом Восьмым не сыскалось.
И, главное, стрелка чувствительного к артефактам компаса Иманда оставалась невозмутимой во всех углах выкопанного убежища. Это означало, что артефактами там, в толще земли, и не пахнет.
– А не может ли быть такого, что те, кто прятал здесь Голубой Шар, защитили его некой особой магической завесой? – предположил Рутгер.
– Может быть, конечно, что угодно, – отвечал Иманд. – Но, насколько я понимаю, Голубые Шары относятся к самородным артефактам, которые возникли сами по себе, как в породе возникают драгоценные камни... Те, кто находил их, сразу же выносили Шары из Праймзоны. Зачем счастливчикам прятать их в местах настолько ненадежных и труднодоступных для самих же счастливчиков? Да еще и так стараться при этом?
– Значит, мы просто теряем время, – разочарованно вздохнул Рутгер.
Низкие черно-серые тучи налетели внезапно.
Буджум еще не успел покинуть вырытую под Простом Восьмым берлогу, а над всем Городом Мертвых уже воцарился тревожный сумрак.
Лицо Иманда исказила опасливая гримаса.
– Проклятье!