Праймзона стр. 121
с супругом твари или ее детенышами.
Однако Иманд шепотом уверил его, что они имеют дело с самцом, и притом достаточно престарелым...
Несколько раз они проходили развилки – тут и там лазы уходили вглубь земли.
Куда сворачивать – охотник определял по показаниям своего компаса. Впрочем, это уже воспринималось Рутгером как унылая обыденность: с компасом Иманд был неразлучен даже во время гигиенических остановок.
Наконец пришли в глухой тупик.
– Ну во-от... Хорошенькие дела, – устало проворчал Рутгер, стараясь не выказать свою нервозность, ведь его с детства до судорог тяготили темные тесные помещения. – Куда это ты нас завел?
– Спокойствие! – сказал Иманд. – Вот теперь нам всем придется немножечко покопать!
– Но ты не предупреждал нас относительно “покопать”! – раздраженно бросил Рутгер, в котором вдруг проснулась пресловутая аристократическая спесь напополам с ненавистью ко всякому физическому труду.
– Меня и самого никто не предупреждал, – ледяным тоном парировал Иманд. – Копать в этом направлении, – добавил он, обращаясь к героям, и ткнул носком сапога во влажный суглинок тупика.
Герои с обреченными вздохами схватились за свои боевые клинки. Конечно, было безумно жаль тупить оружие о грунт. Но ведь саперных лопаток им свиномедведь не выдал...
Полчаса в тесной норе показались целой вечностью.
Поэтому
когда первые солнечные лучи, пробившись в щель, осветили утробу подземелья, герои возликовали и утроили усилия.
И хотя руки были содраны в кровь, и хотя пот струился по спине горячими ручьями, сколько счастья и надежды было в их криках!
– Хотя я разделяю вашу радость, – тяжело дыша начал Иманд, – я все же призываю вас к спокойствию! Мы уже, считай, в Городе Мертвых. А мертвые, как известно нам по всякому кладбищу, любят почтительность и тишину... Намек понят?
– Так уж и быть, сейчас устроим им тишину, – согласился Рутгер, отирая рубахой пот с раскрасневшихся, горящих щек.
После краткой передышки они, по настоянию Иманда, тотчас поднялись и собрали оружие и вещи.
– Сейчас идем прямо к ратуше, к конным статуям Аллеи Королей.
– К статуям? Что мы там забыли? Неужто сейчас самое время любоваться скульптурой? – удивился Рутгер.
– Да плевать мне на скульптуру! – охотник поморщился. – Я просто хочу проверить свою версию относительно разгадки предсказания Предиктора.
– Про “единственного непобедимого”?
– Именно так. Я считаю, что “единственным непобедимым” хранителем Голубого Шара наш оракул назвал какого-то из королей Лафита..
Аллея Королей была пустынна и величественна – двенадцать конных статуй стояли в ряд, словно бы капитаны невидимых до времени эскадронов конницы перед началом сражения.
– Это древние правители королевства Лафит, – пояснил для героев Рутгер. – Насколько я понимаю, Иманд уверен, что один из них и есть тот “единственный непобедимый”, про которого сообщил Предиктор...
– Не “уверен”, а предполагаю... И понятия не имею, кто именно! Интересно, ты помнишь хоть кого-нибудь из их величеств по именам? И вообще, ты хорошо учил историю? – спросил Рутгера Иманд. Ему невольно вспомнился его брат Бертольд – вот, кто помнил все имена, даты и события, казалось, от самого сотворения мира!
– Признаться, учил я ее так себе... А ты?
– И я не лучше. Мой гувернер, господин