Пренебрежитель стр. 265
что делать, – взвинченным голосом огрызнулся Антон. Гид осторожно ответил:
– Я понимаю ваше расстройство, но я бы посоветовал вам прислушаться. Моя задача – обеспечение вашей безопасности, поэтому…
– «Понимаю»… – буркнул Антон. – Ничего ты не понимаешь!
Герман тем временем неспешно продвигался вперед по каменистой тропе. Укрытая снежным покровом, промерзшая, местами она была немного скользкой, что пощекотало бы нервы любому новичку. Однако Герман сохранял самообладание, благо в самом своем начале тропа была достаточно широкой, чтобы можно было, слегка сместив центр тяжести влево и продвигаясь вперед, прижавшись к скале, находиться на немалом расстоянии от ее края. В то же самое время быть настороже путников заставляла другая сложность. Маленькие камни, прятавшиеся под слоем снега, постоянно прокатывались под ногами, ни на минуту не давая почувствовать себя устойчиво даже несмотря на острые шипы кошек – по большей части именно из-за камней и приходилось двигаться небольшими шажками тогда, когда хотелось бы по полого уходящей вверх дорожке дойти до первой контрольной точки – голубого флага – как можно скорее.
В какой-то момент Герман услышал, что Антон в очередной раз чертыхнулся – только на сей раз у него это вышло особенно громко. «Поскользнулся», – подумал он. Обернувшись, он увидел, что Антон еле-еле продвигался вперед по стеночке, прикладываясь к скале обеими руками и неотрывно глядя вниз, в растущее на глазах расстояние между краем тропы и землей.
– Минуту внимания, – в это же мгновение обратился к обоим мужчинам Рауль, по-прежнему находившийся между ними. Он задержал неуверенный взгляд на Германе, после чего сделал пару шагов к нему и, испытывая очевидную неловкость, сказал: – Герман… Я понимаю, что это совсем не тот сценарий, который мы с тобой разрабатывали… да и вообще… Хотя при том сценарии так бы и было – я бы шел впереди, ты сзади… В общем, боюсь, что сейчас мне придется попросить тебя идти замыкающим, то есть последним, позади господина Вагравского. Ты более опытен, – на этом моменте Герман не удержался от того, чтобы издать негромкий похожий на «кхм» звук, – и, как я понимаю, действительно способен в данные минуты как-то притуплять былой страх высоты. А вот он совсем плох.
Герман бросил безрадостный взгляд на Антона. Тот прижимался к скале, стиснув зубы и слегка согнув ноги в коленях; все тело его было напряжено, как сжатая пружина, он тяжело дышал, хмурился и исподлобья глядел на гида с Германом так озлобленно, будто загнанный в угол свирепый зверь.
– Если я пойду позади него, он с места не сдвинется – направляющий ему, как выяснилось, просто необходим, – робко добавил Рауль. – А твои с ним взаимоотношения… ну, сам понимаешь…
Герман прикрыл на мгновение глаза. Безусловно, больше о том, чтобы играть первую скрипку в столь важном для него восхождении, не могло быть и речи; очевидно, что этим человеком будет Антон, и все принимаемые внутри группы решения будут вертеться вокруг него. Сколь досадно это ни было, но приходилось забыть о себе ради успеха общего дела. Рауль тревожно глядел на Германа в ожидании ответа, и тот, едва заметно вздохнув, наконец, сказал:
– Хорошо. Что я должен сделать?
Гид с облегчением выдохнул.
– Вот