Пренебрежитель стр. 284
соответствии с этим подъем назначен на пять часов утра. Знавший об этом Герман ответил кратким «хорошо»; Антон глухо поворчал, но особо возмущаться не стал.
Антон на глазах приходил в себя по мере того, как наедался и отогревался возле газовой горелки. После перекуса он расстелил с помощью Рауля свой спальный мешок. Вытащив помимо него какие-то другие необходимые ему вещи, Антон положил рюкзак в угол; слегка примяв его, он вальяжно откинулся и принялся с ухмылкой, которая показалась Герману наглой и мерзкой, поглядывать то на него, то на Рауля. Пока гид собирал посуду, Антон взял в руки выданный ему Катовым аккумулятор и поставил смартфон на зарядку.
До отбоя оставалось совсем немного времени; но Герману и его совершенно нечем было занять. Он был бы и рад лечь хоть сейчас, однако в отличие от всех предыдущих дней на этот раз под вечер впервые не чувствовал никакой усталости, а с продолжавшими еще бодрствовать Раулем и Антоном заснуть он бы тем более не смог. В какой-то момент он бросил взгляд на Антона, лицо которого было подсвечено экраном смартфона, и отметил, что тот смотрел не в устройство. Нет, взгляд Антона был прикован к гиду; слегка склонив голову набок, он взирал на него, практически не мигая, с превеликим интересом. Тогда Герман и сам перевел взгляд на Рауля. Гид беззвучно шевелил губами, скорбно всматриваясь в газовую горелку; кроме этого, ничего особенного с его стороны не происходило. Недоумевающий, чем это зрелище могло заслужить столько внимания, Герман вновь посмотрел на Антона, и тот, ехидно ухмыльнувшись, ни с того ни с сего обратился к Раулю:
– Что, грехи замаливаешь?
Моментально сомкнув рот, гид медленно повернул к Антону свое лицо.
– Что вы сказали?
– Ты все слышал.
Гид, прежде сидевший довольно расслабленно, вытянулся.
«Неужто даже Антон осуждает Рауля за согласие вести его наверх? – промелькнуло в голове у Германа. – Конечно, осуждает… Хотя… Разве в конечном итоге он не сам на этом настаивал?»
И тут перед его глазами начало разворачиваться нечто странное. У Рауля отчетливо затряслись руки. В попытке чем-то их занять он начал лихорадочно перебирать ткань своего спального мешка так, будто что-то искал, и вскоре его хаотично забегавший по палатке взор уперся в собственный рюкзак. Гид придвинул его поближе к себе и начал копошиться внутри; губы его тоже слегка подрагивали. Наконец Рауль добрался до аптечки. Он не извлекал ее из рюкзака полностью, но со стороны озадаченно следившего за действиями гида Германа было видно, что пару мгновений он, раздумывая, держал ее в руках, после чего засунул обратно в предназначенное для нее отделение. Вытащив налобный фонарь, Рауль застегнул рюкзак, отставил его в сторону, накинул на себя снятый к этому времени пуховик, и его руки потянулись к чехлу, в котором он хранил свои кошки.
– Куда ты собрался? – тихо, но встревоженно спросил Герман. Рауль ненадолго замер, после чего прочистил горло и довольно спокойно, что никак не вязалось с его внешним видом, произнес, глядя в пол:
– Мне надо пройтись… ммм… поговорить с Базой. Сидите здесь.
Гид расстегнул было палатку, но тут же обернулся через плечо. Он бросил на Германа тяжелый взгляд, от которого тот