Препод под прикрытием стр. 44
хама, чтоб не мучился. Любава объяснила:
— Самир Муратович, это мы в костюмах, постановку готовим у Зои Михайловны. Я Кикимора, а Тихая — Яга.
А эта преподавательская морда возьми и фыркни насмешливо! Кентавр недобитый!
Самир Муратович отлепил руку от головы, поправил очки на носу и еще раз внимательно осмотрел мой наряд. Совсем как Дамир вчера. Видимо, удар по кумполу временно отключил второй образ.
— Что здесь происходит? — громом раздался голос декана. — Это что такое?
— На меня реквизит напал, — встал на мою защиту кентавр. — Вот.
Декан внимательно осмотрел нашу композицию, остановил взгляд на кокошнике и участливо закивал:
— Вам нужен врач?
Препод покосился на меня и гордо отказался от помощи, еще раз с неприязнью глянув на балалайку правосудия, которая огрела его макушку за дело! А вот не надо врать и притворяться! Карма все видит!
— А вы что так поздно в университете делаете? — уточнил у нас с Любавой декан.
— Так репетируем у Зои Михайловны. Она нас сюда за реквизитом отправила, — пояснила Любава.
— Так поздно? — ахнул декан. — Так не пойдет. Пойду скажу ей, чтобы отпустила всех по домам. Срывает учебный процесс, вы когда должны домашнее задание делать?
Сегодняшним вечером Петр Тимофеевич стал моим кумиром!
— Вы только не говорите ей, что это мы сдали, — взмолилась я, — иначе от нас даже балалайки с кокошником не останется.
Декан хмыкнул и опять закивал, еще раз уточняя у ушибленного, не нужна ли ему помощь. Ушибленный заверил, что умирать в ближайшее время не собирается, мы с Любавой схватили реквизит, а я развернулась к преподу:
— Я правда случайно.
Ну а вдруг он мстительный маньяк и теперь мне еще за балалайку мстить будет?
— Все в порядке, Варвара, идите домой, — благосклонно кивнул он.
Я же очень хотела спросить у него, зачем он ворвался в подсобку и тянул ко мне руки, но при свидетелях не решилась.
Самир Муратович ушел вслед за деканом, а мы с Любавой заперли подсобку и потопали обратно в актовый зал — чтобы с удовольствием пронаблюдать, как декан что-то выговаривал недовольной Зое Михайловне. Сразу после этого преподавательница отправила нас домой, но таким тоном, словно подписывала приговор.
Я наконец избавилась от наряда Яги, достала из сумки мобильный и сразу же набрала Серафиме:
— Вы уехали? — спросила с надеждой, мучаясь чувством вины оттого, что друзья весь день просидели в машине, пока трудолюбивый препод не торопился домой.
— Нет, мы фильм смотрели, пока в машине сидели, — бодро ответила Серафима.
— Он в универе, — быстро объяснила я, — я его случайно балалайкой ушибла. Наверное, сейчас поедет домой.
— Чем ушибла? — не поняла Серафима.
— Приду — расскажу, — пообещала я.
Быстро переоделась и рванула к друзьям, попрощавшись с коллегами по постановке.
А на первом этаже у выхода встретилась с причиной всех моих зол. Почему-то сердце пропустило сразу два удара, а потом завелось в груди, отстукивая недельную норму, когда я поняла, что препод меня заметил и явно ждал, когда я подойду ближе.
Я сглотнула, вспоминая свои чувства там, в аудитории. Даже промелькнула мысль: не сделать ли мне вид, что я что-то срочно забыла?.. Но встретилась взглядом с его насмешливыми глазами, задрала нос повыше и пошла навстречу.
Глава 19
Дамир
При виде нахохленной и недовольной Белладонны