Призрачные рощи стр. 271
стаканчиком, рассказывала о том, что его величество Сайнор предложил ей любую должность на ее вкус.
– И я решила: я хочу обратно к гномам! Я уже написала сегодня утром командору Груби даби Финну, и, хотя в ответном письме было некоторое количество непечатных комментариев на тему моих выкрутасов, глобально он рад. Так что – за триумфальное возвращение!
– А я ведь сразу говорила, что тебе надо просто спасти короля, – шутливо укорила я.
Кадия с готовностью отставила стаканчик на белые ступени и, экзальтированно воздев руки к небу, взвыла:
– О, великая и сиятельная, опаснейшая и жутчайшая, Луноликая и Звездорожденная, мудрость твоя не знает границ, простирается от
моря до моря, и да как я посмела, грешница, усомниться в словах твоих пресвященных!..
Дахху только за голову схватился, увидев, сколько народа изумленно обернулось в нашу сторону. Я с хохотом заткнула Кадии рот ладонью.
– Перебарщиваешь, Солнцеподобная!..
– Я?! Никогда! Все, что в радость, – все в меру! – невнятно возмутилась подруга через мою ладонь.
Мы еще немного похохотали, а потом Смеющийся, чей шарф был таким длинным, что спускался на три ступени вниз, похвастался:
– Мне тоже предложили подарок. Госпожа Марцела хочет поблагодарить меня за помощь: сказала, чтобы я просил более или менее о чем угодно.
– М-м-м, более или менее – обожаю наших политиков! – повеселевшая Кадия сегодня явно была в ударе.
– И о чем же ты попросил? – полюбопытствовала я, приветственно кивнув еще парочке прошедших мимо коллег – сотрудники постепенно сползались в ведомство.
– Если я скажу, вы решите, что я сентиментальный идиот.
– Размечтался!
– Я серьезно.
– Не томи, Дахху!
– Я попросил ее узнать о возможности переводного экзамена для Гординиуса Сая. Он так давно хотел стать Шептуном. Вдруг теперь получится? Все равно он сейчас здесь, а не в Иджикаяне!
Мы торжественно сошлись на том, что Дахху не идиот, а лапочка, что весьма достойно. Хотя мы с Кадией, наверное, все-таки попросили бы что-то для себя.
– Да у меня и так все есть, – отмахнулся Смеющийся. – Все подарки, которые мне нужны, я могу сделать себе только сам, так уж вышло. Ну еще вы можете, – спохватился он. – И Анте, ведь информация – лучший подарок.
– Кстати! – Кадия уже вовсю жевала круассан, что не мешало ей делиться новостями: – Принц Лиссай сегодня ночью вытащил Давьера из Святилища. Тот изволил наконец-то прийти в себя!
– А ты откуда знаешь? – опешили мы с Дахху.
– Не поверите: Анте пришел ко мне с утра пораньше и попросил одолжить ему рамбловскую рубаху. Ту, волшебную, чешуйчатую, которую Тинави в том году притащила.
– Зачем она ему?!
– Ой, там есть одна забавная история… Но я когда-нибудь потом вам ее расскажу.
Тут у нас за спинами, в главном холле Иноземного ведомства, двери в которое были открыты по случаю превосходной погоды, зазвенел гонг, объявляющий начало рабочего дня.
Я попрощалась с друзьями и вприпрыжку поскакала наверх.
На втором этаже я столкнулась с камераром Варроком Хасилиусом: он сосредоточенно устанавливал на месте бывшей статуи бокки-с-фонарем новую скульптуру в виде дриады.
– Хей-хей, Варрок! – Я хотела пойти дальше, но камерар остановил меня величественным жестом:
– Помните, мы с вами говорили о скульптурах, Тинави?
– Еще бы!
– Они больше не оживают. Ни сами, ни по Просьбе.
– Ого… А почему? – расстроилась я. – Неужели тот источник,