Призрак черного озера стр. 40
Голова — она крепкая, заживет…
Матвей знал, что, если дед упрется, его даже силой ничего не заставишь. Поэтому он решил отложить этот вопрос на завтра.
— Вы еще долго? — спросил он старшего.
— Вот сейчас Николай протокол закончит, и пойдем, — спокойно ответил тот. — А вы пока посмотрите, что пропало.
— Да ничего особенного, — Татьяна Тимофеевна отвела руки от лица, — деньги на хозяйство, бутылки кое-какие из бара…
— И из-за такой ерунды могли человека угробить! — Матвею стало страшно.
— Спугнул их кто-то, — авторитетно заявил старший, — не успели как следует в квартире пошарить. Мелкая шпана…
У Матвея в кабинете имелся потайной сейф, даже если бы эти уроды
и нашли его, то не смогли бы открыть. А если бы открыли, то ничего для себя ценного не нашли бы там. Ну, денег не так чтобы много, бумаги, важные только для него. Драгоценностей у них в доме теперь не водилось — некому носить. Кольцо обручальное по ненадобности Матвей засунул и сам не помнил куда, да еще сережки золотые Татьяны Тимофеевны — так те всегда в ушах…
Милиционеры наконец ушли. Татьяна Тимофеевна вспомнила о своих обязанностях и принялась за уборку. Матвей проводил деда до его комнаты и помог лечь.
— Матюша, — дед поманил внука к себе, — что сказать хочу, Матюша…
— Да ладно, дед, завтра уж, отдыхай…
— Нет, ты послушай, — дед приподнялся на локтях и заговорил более твердо, — эти трое… они все время про какой-то клад кричали. Где, орут, клад он спрятал, куда все сокровища девал?
— Ты не путаешь? — насторожился Матвей.
— Думаешь, если по голове дали, так и ум отшибло, и память? — Дед обидчиво пожевал губами. — Точно тебе говорю про клад. А милиции про это лучше не знать — так, на всякий случай… Чего им головы лишним-то забивать…
— Это верно… — протянул Матвей и решился. — Слушай, дед, тут такое дело…
Сбиваясь и подбирая слова, он рассказал деду про эпопею с розыском ящиков, а также чем она закончилась.
— Ну и ну! — Дед откинулся на подушки. — Вот так дела!
— Как думаешь, кто в тех местах мог знать, что немцы те ящики затопили в озере? — осторожно поинтересовался Матвей. — Ты никому не говорил?
— Никому, — твердо ответил дед, — мы тогда с Сашкой договорились обо всем молчать, он вообще два дня заикался от страха, что покойника увидел. Немцы злые были как черти, потом у них большой драп начался, и Сашкина бабка нас в погребе заперла — на всякий случай, чтобы на глаза немцам не попадались. Потом наши пришли, стали расспрашивать, кто что делал в оккупации, кто у немцев служил, кто в колхозе ихнем работал. А как тут не работать, когда жрать нечего? Ну, ясное дело, кой-кого забрали, после уж те люди не вернулись. В общем, сначала-то хотели мы с Сашкой про те ящики сказать — думали, может, что ценное там спрятано. Потом решили не связываться — начнутся расспросы, а как мы докажем, что случайно в том месте оказались?
— Дед, ты только не волнуйся так…
— Да нормально все! — Старик отмахнулся. — В общем, потом Сашку увезли. Приехала мать его, она врачом в военном госпитале работала, а отец на фронте погиб. Она новое назначение получила, сына, понятное дело, с собой взяла, сказала, как