Библиотека

Призрак черного озера стр. 77

Размер шрифта
-
+
Тема

неблаговидном? Вообще-то он мне всегда не нравился… что-то в нем есть такое скользкое, подозрительное! Опять же не пьет и не курит…

— Разве же это плохо? — удивился Василий.

— Не то чтобы плохо, но как-то подозрительно!

Нина Васильевна спохватилась, что ее слова могут быть неверно истолкованы, и поспешно добавила:

— То есть я, конечно, не одобряю пьянство и все такое, но уж рюмку выпить по праздникам — в этом же нет ничего плохого! А он ни капли в рот не берет! То ли он подшитый алкоголик, то ли… а все-таки что он натворил?

— Пока не могу ничего определенного сказать. На данный момент он мне нужен как свидетель по очень важному делу. То есть поговорить с ним надо.

— Но вот как раз сегодня он не пришел на работу, — сообщила Нина Васильевна неодобрительно. — И не позвонил! Я ему сама звонила — так у него телефон отключен…

— Заболел, может быть?

— Может быть… — неуверенно согласилась Нина Васильевна. — Но вообще-то он раньше никогда не болел. Я же говорю — не пьет, не курит, придерживается здорового образа жизни…

— Дайте-ка мне его адрес, пойду проведаю его! Заодно узнаю, почему он на работу не пришел.

Преподаватель ОБЖ Геннадий Михайлович проживал не в Кузькиной слободе, а на другом берегу речки Веснянки, в районе, называемом Консерваторией, поскольку там жили многие рабочие и служащие консервного завода, точнее, заводика по производству мясных консервов, колбас и сосисок. В отличие от Кузькиной слободы, Консерватория была застроена одноэтажными деревянными домишками самого неприхотливого вида.

Василий быстро отыскал нужную ему улицу, которая называлась Четвертой Скотопрогонной. Кроме нее, имелись и Вторая, и Третья Скотопрогонные улицы — по этим улицам иногда прогоняли в сторону консервного завода коров, предназначенных для того, чтобы стать мясной тушенкой или молочными сосисками. По странной иронии судьбы, не было только Первой Скотопрогонной улицы.

Итак, участковый нашел Четвертую Скотопрогонную улицу.

Собственно, это был тихий безлюдный проулок, покрытый непросыхающей грязью и заросший огромными лопухами, формой и размерами напоминающими слоновьи уши.

Нужный дом располагался в самом конце улицы, перед большим пустырем.

Василий подошел к калитке и заглянул за забор.

Дом преподавателя ОБЖ, как и большинство соседних домов, представлял собой невзрачную одноэтажную постройку, давно уже нуждающуюся в капитальном или хотя бы косметическом ремонте. Красили дом так давно, что уже невозможно было определить первоначальный цвет стен, крыша немилосердно проржавела и начала протекать, крыльцо покосилось. В общем, по всему чувствовалось, что учитель не уделяет своему жилищу столько сил и внимания, сколько здоровому образу жизни и основам ее безопасности.

Участок вокруг дома тоже казался крайне запущенным — несколько пыльных кустов шиповника нуждались в стрижке и поливе, трава выросла такой высокой и густой, что в ней вполне мог потеряться шестилетний ребенок.

— Эй, хозяин! — крикнул Василий, перегнувшись через забор. — Можно вас на минутку?

В доме послышался какой-то странный шум, и затем хриплый недовольный голос выкрикнул:

— Проваливай!

— Что значит — проваливай? — удивленно переспросил участковый. — Я вообще-то из милиции. Мне с вами поговорить надо. Или я вас повесткой вызову!

Конечно, Василий брал учителя на испуг: он сейчас находился за пределами своего участка и не имел никакого права вызвать кого-либо повесткой. Вообще его расследование в Веснянске было не вполне официальным.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.