Проклятие Шалиона стр. 117
горячем молоке с медом. Изумленно открыв рот и проглотив первую ложку, Кэсерил оперся на подушки.
– Я не настолько болен. – В попытке восстановить свое достоинство он отобрал у Бетрис плошку; она не возражала и сидела на кровати молча, пока он ел. Кэсерил почувствовал, как он, оказывается, был голоден. Все съев, он понял, что ему больше не холодно.
Бетрис удовлетворенно улыбнулась.
– Теперь цвет вашего лица нравится мне куда больше. Уже не такой призрачный. Хорошо.
– Как принцесса?
– Намного лучше. Она была… совсем убита. А теперь, после того как с ее плеч спала эта невыносимая тяжесть, на нее радостно смотреть.
– Да, я понимаю.
Бетрис
кивнула.
– Сейчас она отдыхает, пока не пора будет одеваться. – Она забрала из его рук опустевшую плошку, поставила ее рядом и понизила голос: – Кэсерил, что вы делали прошлой ночью?
– Ничего. Правда.
Ее губы сердито сжались. Но зачем было перекладывать на ее плечи этот груз? Признание облегчит его душу, но вдруг ей придется давать показания под присягой?
– Лорд ди Ринал говорит, вы заплатили пажу за крысу. Это и заставило, по словам ди Ринала, лорда ди Джиронала ворваться к вам в комнату. Паж сказал, вы хотели ее съесть.
– Ну да. Это не преступление, когда человек хочет съесть крысу. Маленький праздник в память об осаде Готоргета.
– Да-а? Но вы же только что сознались, что не ели со вчерашнего утра?
Бетрис поколебалась и продолжала:
– Горничная говорит, что в вашем горшке, когда она выносила его утром, была кровь.
– Демоны Бастарда! – Кэсерил, улегшийся было на подушки, снова сел. – Есть ли хоть что-нибудь святое в этом замке, не подлежащее обсуждению? Человек что, не может считать своей неприкосновенной собственностью даже ночной горшок?
Она протянула руку.
– Лорд Кэс, пожалуйста, не шутите так! Насколько вы больны?
– У меня болел живот. Теперь все прошло. Такое случается. И не о чем тут разговаривать. – Он поморщился и решил не рассказывать о своих галлюцинациях. – Кроме того, кровь в горшке – крысиная. И живот болел из-за того, что я съел эту тварь. Ну?
Она медленно произнесла:
– Хорошая история. Все вроде бы сходится.
– Ну, так чего же еще?
– Но, Кэс, люди решат, что вы – странный.
– Что же, добавим это в коллекцию сплетен. Будет соседствовать с той, где рассказывается, как я насилую девушек. Наверное, для достижения необходимого равновесия мне потребуется приписать еще одно извращение – к примеру, попытки использования смертельной магии. Это приведет к равновесию на виселице.
Бетрис нахмурилась и выпрямилась.
– Ладно. Я не буду давить на вас. Однако мне интересно, – она обхватила себя руками, – если двое – теоретически – одновременно пытаются прибегнуть к смертельной магии против одного человека, могут ли они оба достигнуть цели и остаться… полуживыми?
Кэсерил пригляделся к девушке – нет, она не выглядела больной – и покачал головой.
– Не думаю. Принимая во внимание, что люди давно и разными способами пытаются использовать смертельную магию, таковое, будь оно возможным, уже наверняка имело бы место в прошлом. Бастардов демон смерти всегда изображается на храмовых фресках с коромыслом на плечах, на котором висят два одинаковых ведра – одно для души убийцы, другое для души жертвы. – Тут на ум ему пришли слова Умегата: «Я вообще уверен, что