Библиотека

Проклятие Шалиона стр. 211

Размер шрифта
-
+
Тема

милорд. Рея просто осаждают просители – в основном родственники бывших бунтовщиков, – пытаясь обрести его прощение и милость, что довольно сложно сейчас. – Он окинул Кэсерила взглядом с ног до головы. – Думаю, вас никто не предупредил, что рей запретил носить при дворе траур по покойному наследнику, поскольку тот умер нераскаявшимся мятежником. Только те, кто хочет бросить рею вызов, носят эти печальные одежды, но большинство из них делает это… э-э… не здесь. Если вы не хотите вызвать у него гнев, я посоветовал бы вам переодеться, прежде чем вы придете просить об аудиенции.

Кэсерил вскинул брови.

– Вам еще не доставили новости из Шалиона? Мы, конечно, скакали быстро, но я не думал, что мы их опередим. Я ношу траур не по наследнику Ибры, а по наследнику Шалиона! Принц Тейдес скоропостижно скончался около недели назад от заражения крови.

– Ох! – испуганно пробормотал секретарь. – Ох. – Он выдохнул и взял себя в руки. – Мои глубочайшие соболезнования Дому Шалиона в связи со столь тяжелой утратой. – Он замялся. – Письма от принцессы Исель, вы сказали?

– Да, – и Кэсерил многозначительно добавил: – Рей Орико тяжко болен и не занимается делами. По крайней мере так было, когда мы покидали Кардегосс.

Рот секретаря открылся, потом закрылся. Он проговорил:

– Пройдите, пожалуйста, со мной.

И провел посетителей в более уютную комнату с горевшим камином в углу.

– Я узнаю, что можно сделать.

Кэсерил опустился в мягкое кресло у огня, Фойкс уселся на скамью, а Ферда принялся расхаживать взад-вперед, нахмурившись и рассеянно глядя на развешанные по стенам украшения.

– Нас примут, сэр? – спросил он. – Проделать такой путь, чтобы топтаться под дверью, словно лавочникам каким…

– О да. Нас примут. – Кэсерил усмехнулся, когда вошел запыхавшийся слуга и предложил гостям вино и маленькие пряники с печатью Ибры, которыми так славился Загосур.

– Почему у этой собаки нет лап? – поинтересовался Фойкс, бросив взгляд на пряник, прежде чем впиться в него зубами.

– Это морская собака, тюлень. У него ласты вместо лап, он охотится на рыб. У них колонии на побережье, отсюда и до Дартаки.

Кэсерил разрешил слуге налить ему глоток вина. Всего глоток – отчасти из сдержанности, отчасти чтобы добро не пропало зря, – ибо, как он и предполагал, едва он успел смочить в вине губы, как показался секретарь и сказал:

– Пожалуйте за мной, милорд, господа.

Ферда отставил свой бокал с темным ибранским вином, Фойкс стряхнул с белого плаща крошки, и они поспешили вслед за Кэсерилом и секретарем, который повел их по лестницам и через каменный мостик к более новой части крепости. Свернув еще несколько раз, они оказались перед двойными дверями с вырезанными на них фигурами морских животных в рокнарском стиле.

Двери распахнулись, явив взглядам путешественников изысканно одетого лорда, которого вел под руку другой придворный. Лорд возмущался:

– Но я пять дней ждал этой аудиенции! Что за шутки?

– Вам просто придется подождать еще немного, милорд, – отвечал придворный, придерживая его за локоть твердой рукой.

Секретарь провел Кэсерила и братьев ди Гьюра внутрь и огласил их имена и титулы.

Это оказался не тронный зал, а кабинет, менее официальный и предназначенный не для церемоний, а для совещаний. Стол, достаточно большой, чтобы раскладывать на нем карты и документы, занимал дальнюю часть комнаты.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.