Проклятие Шалиона стр. 89
Кроме того, Тейдесу было полезно увидеть своего… э-э… героя в таком нелестном свете. Когда любвеобильный лорд Дондо, поддерживая штаны, опрометью выскочил из спальни леди Бетрис, он обнаружил в коридоре поджидавших его появления свидетелей. Леди Хрюшка чуть не свалила его на пол, пытаясь проскочить между ног. Он выглядел совершенно по-дурацки. Это лучший урок из всех, какие мог бы получить Тейдес за то время, что мы живем здесь. Может быть, нам удастся отыграть немного потерянных ранее в этой войне земель?
– Молюсь, чтобы вы были правы, – осторожно ответил Кэсерил. Он не стал высказывать вслух свою мысль о том, что принц и принцесса –
единственные, кому Дондо не осмелится отомстить.
Однако в следующие несколько дней никакой мести за шутку не последовало. Лорд Дондо встречал взгляды и намеки со стороны ди Ринала и его друзей с холодной улыбкой, но не более того. Кэсерил с содроганием спускался к каждой трапезе, ожидая, что к столу принцессы вот-вот будет подана жареная свинина, украшенная ленточками, но этого так и не произошло. Бетрис была спокойна и уверена в себе. Кэсерил – нет. Лорд Дондо уже успел доказать ему, что умеет, несмотря на свой горячий темперамент, выжидать сколь угодно долго – пока не представится подходящий случай.
К вящей радости и успокоению Кэсерила похрюкивание в коридорах замка прекратилось примерно через две недели после происшествия – хватало и других поводов для шуток и сплетен. Кэсерил начал надеяться, что лорду Дондо все же пришлось скрепя сердце проглотить столь публично прописанное и влитое ему в рот лекарство, не отплевываясь. Возможно, его старший брат, канцлер ди Джиронал, значительно более дальновидный, чем основная масса придворных Зангра, подавил желание младшего отомстить каким-либо неподобающим образом. Из внешнего мира поступало огромное количество важных известий: тут и обострение гражданской войны в Ибре, и разбойники в провинциях, и гораздо более раннее, чем обычно, наступление холодов.
Из-за всех этих новостей Кэсерил начал прикидывать, как удобнее перевозить имущество принцессы на случай, если двор решит переехать к месту обычной зимовки, не дожидаясь празднования Дня Отца. Он сидел в своем кабинете, подсчитывая количество мулов и лошадей, когда в дверях появился один из пажей Орико.
– Милорд ди Кэсерил, рей просит, чтобы вы прибыли к нему в башню Иаса.
Кэсерил удивленно поднял брови, отложил перо и последовал за мальчиком, пытаясь угадать, зачем он мог понадобиться рею на этот раз. За Орико порой замечались некоторые странности и причуды. Дважды он просил Кэсерила сопровождать его в зверинец, где давал поручения, с которыми мог справиться любой из его пажей и грумов, – подержать на цепи зверя, перестелить солому в клетке, поднести корм. Хотя нет – рей также задавал иногда бессвязные вопросы о том, как дела у его сестры Исель, правда, ответ выслушивал не всегда, то и дело отвлекаясь и витая мыслями неведомо где. Тем не менее Кэсерилу удалось рассказать ему о страхе и нежелании Исель быть проданной на архипелаг какому-нибудь рокнарскому принцу; он очень надеялся, что слух рея уловил сказанное, несмотря на сонное и рассеянное выражение лица.
Паж привел его в длинную комнату на втором этаже башни Иаса, которую, когда двор размещался в Зангре, ди Джиронал использовал в качестве канцелярии. Стены ее