Библиотека

Пропавшие девочки стр. 58

Размер шрифта
-
+
Тема

не значит. Сандерсон мог встретить Мэдлин где угодно: на пляже, во время шопинга в Уолмарте и так далее. Он мог написать ей через Интернет. У сестры Мэдлин есть машина, верно?

Комментарий от: bettyb00p в 10:37

Почему вы думаете, что связь вообще есть? Имхо, копы просто хватаются за соломинку.

Комментарий от: carolinekinney в 11:15

Тот еще тип! Требовал с меня 3 тыс. только за то, чтоб посчитать мои налоги. Он точно аферист.

Комментарий от: alanovid в 14:36

bettyb00p права. Все беды от этого Интернета. У Мэдлин была страничка на Фейсбуке?

Комментарий от: runner88 в 15:45

Нет. Я проверила.

Комментарий от: carolinekinney в 15:57

Все равно. Эти извращенцы всегда найдут выход.

Комментарий от: bettyb00p в 16:02

Смотреть еще 107 комментариев.

Дара, 23 июля, 20:30

Пока мне не исполнилось четырнадцать, сколько себя помню, родители каждую пятницу водили нас с Ник в ресторан у «Серджио». Он расположен между стоматологией и магазином детской обуви, в котором, по-моему, никогда не бывает покупателей. Никакого Серджио на самом деле нет. Владельца зовут Стив, и все, что его связывает с Италией, – так это два года, прожитые в итальянском квартале в Квинсе, Нью-Йорк. Чеснок тут маринованный, а пармезан рыхлый. Такой продают в герметичных контейнерах. Его можно хранить в кладовке

годами, ведь ему не страшна даже ядерная катастрофа. Скатерти бумажные, и всем посетителям выдают цветные карандаши.

Зато фрикадельки здесь воздушные и большие, словно софтбольные мячики, а пицца продается толстыми кусками с расплавленным сыром по краям. Запеканка из макарон всегда золотисто-коричневая, с хрустящей корочкой, как я люблю. Кроме того, «Серджио» просто наш. И даже после того как родители стали избегать друг друга под разными предлогами (ссылаясь на загруженность на работе, начинающуюся простуду и другие обстоятельства), мы с Ник продолжали туда ходить. За 12 долларов 95 центов мы получали две колы, большую пиццу и опустошали салат-бар.

В «Соди» – ресторане, который выбрала Шерил, – хрустят белоснежные льняные скатерти, а в центре каждого стола – живые цветы. Отполированный деревянный пол такой скользкий, что я нервничаю, когда нужно встать, чтобы пойти в туалет. Официанты парят между столами, посыпая свежим перцем и тертым сыром крошечные порции пасты.

Все сидят с натянутым и принужденным видом, какой часто бывает у богатых людей, словно они – большие куски карамели, которым нужно придать форму.

Шерил живет в Эгремонте, совсем рядом с Мейн Хайтс, в доме, который достался ей в наследство от бывшего мужа. Бедняга склеил ласты из-за неожиданного сердечного приступа накануне своего пятидесятого дня рождения.

Я уже слышала эту историю, но почему-то она считает нужным поведать мне ее снова, как будто ждет моего сочувствия: неожиданный звонок из больницы, после которого она поспешила к его постели, и все слова, которые она не успела сказать, о чем впоследствии так жалела… Пока она рассказывает, отец вертит в руках запотевший бокал виски со льдом. Не знаю, когда он начал пить. Раньше он мог пропустить бутылку-другую пива во время барбекю, но не более того. Он всегда говорил, что алкоголь – для скучных людей, которые не умеют веселиться.

– И конечно, это стало трагедией для Эвери и Джоша.

Джош – это восемнадцатилетний сын Шерил. Он учится в Дьюке. Каким-то образом

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.