Библиотека

Прощай, невинность! стр. 69

Размер шрифта
-
+
Тема

использовала драматическую, почти грубую палитру, в натюрморте преобладали красные и очень темные тона, и кисть ударяла по холсту неистово и акцентировано, задний план скрывался в размытой тени. Эдвард был потрясен. В этой работе не чувствовалось трагичности, которая пропитывала картину, изображающую женщин-иммигранток, но натюрморт пылал страстью и был так же выразителен, как жанровая сцена. Все работы Софи совсем не походили на обычную салонную живопись, они были куда более сильны, они были прекрасны…

И Эдвард впервые по-настоящему ощутил, что за спокойной, серьезной внешностью Софи скрывается нечто гораздо большее. Он догадывался об этом, теперь остатки сомнений развеялись. Софи была способна на дерзость и блеск, на безрассудство и оригинальность, на силу и страсть — и она не должна больше прятать от мира ни себя самое, ни свои картины. Эдвард был более чем уверен в этом.

Он посмотрел на Софи. Какие еще тайны кроются за фасадом банальной благопристойности? Ведь в этой девушке, как теперь понимал Эдвард, совсем нет ничего банального, посредственного. И его пульс участился при мысли, что Софи может оказаться такой же страстной в любви, как и в работе.

— О чем вы думаете? — шепотом спросила Софи, на ее щеках выступил нежный розовый румянец.

— Вы меня изумили, Софи. — Эдвард знал, что слишком уж пристально смотрит на нее, но ничего не мог с собой поделать. И не мог даже улыбнуться.

Она, тоже серьезная, напряженная, внимательно смотрела в его глаза.

— Вам не нравятся мои работы. — Она произнесла это без вопросительной интонации, просто констатируя факт.

Эдвард видел, что она не поняла, какое впечатление произвели ее картины. Он пытался найти нужные слова, его взгляд снова обратился к холстам. И вдруг он замер, присмотревшись к одному небольшому портрету, на который раньше не обратил внимания. Это был портрет молодого человека, написанный в классической манере. Его можно было бы принять за фотографию, если бы не цвет. Мужчина с золотистыми волосами сидел в

кресле, глядя прямо на зрителя. Эдвард почувствовал тревогу. Он знал этого человека.

— Софи, кто это?

— Это мой отец — такой, каким я его запомнила. Он умер много лет назад.

Эдвард подошел ближе и вгляделся в необычное лицо человека с золотистыми глазами. Сердце его подпрыгнуло. Боже! Он мог поклясться, что именно этот мужчина толкнул его вчера в «Савое», когда он просматривал почту, — да, именно этот, только на много лет старше!

Но это же невозможно!

— Софи, как умер ваш отец?

Софи вздрогнула.

— Он погиб в огне.

— И была проведена идентификация?

Она даже не моргнула.

— Вы говорите о его теле?

— Мне очень жаль… — мягко сказал Эдвард. — Да.

Софи кивнула:

— Он был… обожжен до неузнаваемости, но… но он сидел в тюрьме. Он носил специальную карточку с именем. Она… была пришита к одежде.

— Понимаю… — Тут Эдварду пришла в голову другая мысль. — Он был один, когда погиб?

Софи покачала головой:

— Наверное, до вас дошли слухи… Не верьте им, Эдвард. Мой отец был замечательным человеком. Его мать и сестра погибли, когда британские солдаты сожгли их деревню, он был тогда совсем мальчиком и плохо понимал, что происходит. Джейк О'Нил хотел отомстить. Он бросил бомбу в армейский лагерь. К сожалению, при взрыве погиб солдат, и Джейку пришлось

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.