Библиотека

Прощай, Рим! стр. 312

Размер шрифта
-
+
Тема

положения, пригласив подойти Таращенку поближе. Так он одарил и всех остальных партизан четками и изображениями собора Святого Петра и других католических святынь.

Обратный путь они проделали в огромных, комфортабельных автобусах, которые любезно предоставил им папа Пий XII. Они кружили по самым красивым улицам и площадям Рима. Смотрели во все глаза, делились впечатлениями, смеялись и пели.

…Ночью от раны, полученной в последнем бою под Монтеротондо, у Леонида поднялась температура. Утром вызвали машину и отправили его в Центральный госпиталь, где он провел целую неделю.

А в это время Антон с товарищами вдосталь нагляделись на Рим, побывали в Монтеротондо и Палестрине, навестили могилы, где остались лежать незабвенные однополчане. Часами сидели с друзьями-итальянцами. Москателли теперь стал еще шумливее и разговорчивее. Дуэлия изменилась. Пропала мальчишеская резвость. Она теперь и характером — тихая, задумчивая — очень походила на покойную Джулию.

Альфредо Грасси с бойцами из своего отряда мечтал пробраться на Север, в родную Лигурию, где все еще зверствовали немцы, и очень жалел, что не пришлось ему попрощаться с «компаньо Леонидо».

* * *

В конце недели Антон и Петр заявились в госпиталь. У обоих рот до ушей.

— Одевайся, командир! — враз зашумели они. — Собирай вещички! Едем в Россию. В Рим прибыло наше военное представительство…

— Домой!..

Вскоре их привезли в Неаполь, где во временном лагере ожидали отправки на родину сотни бывших военнопленных. Сборы в далекий путь. Несколько большеглазых мальцов, норовящих зайцем попасть в Россию. Жарко. Дни тянутся томительно долго. А сердце, а мысли уже давно в родной стране, на родимой земле…

Наконец в порт прибывает гигантское десантное судно. На следующий день, взяв на борт две тысячи советских людей, корабль выходит в море. Прощай, Италия… Чао, Рома!

* * *

Из Каира они попали в Багдад. Оттуда в Тегеран, где их встретили советские представители. Еще несколько дней — и самый знойный порт Каспийского моря Бендер-Шах.

— Друзья, я вижу берега Родины! — закричал Петр Ишутин, чьи глаза после гибели Джулии надолго потеряли былой блеск и былую жизнерадостность.

— Скоро и увидим, и ногою ступим на родной берег, дружище!..

Пароход взял курс на северо-запад.

Так подходили к концу странствия, продолжавшиеся два месяца, а вернее сказать, два с лишним года, полных мук, тяжких испытаний и потерь.

Утреннее солнце всходило за спиной, там, у иранских берегов, впереди же, сквозь туман, пронизанный отлогими лучами, наметились очертания большого города.

— Баку…

— Родина…

— Отчая земля…

Двое налегли на поручни, перегнулись, глядя вперед так, что кажется, вот-вот свалятся за борт, и переговариваются негромко:

— Ну, думал ли я когда, что репатриантом вернусь в родную свою страну?

— С войны, брат ты мой, люди по-всякому приходят. У одних вся грудь в орденах, у других тело битком набито осколками да пулями.

— А в моем сердце столько боли… С каким лицом покажусь я детям своим?

— Без пленных, Иван Иваныч, ни одна война не обходилась…

— Ты что, уж не думаешь ли этим свой плен оправдать?

— Да не оправдываю я. Но не по собственному желанию я попал, и ведь любая смерть, тебе ли это объяснять, Иван Иваныч, была бы легче того ада, какой мы перенесли у немцев…

— Это так, конечно. Однако, как вспомню я эти два пропавших впустую года, сердце разрывается.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.