Просто вдвоем стр. 193
блокнот на пол и прижал Жаклин к матрасу – бережно, но без малейших колебаний. Мои пальцы пробежались по голубоватым венам на ее запястьях, и я уловил учащенное биение крови. Я провел пальцем по этим бледным жилкам до локтя. Кожа казалась слишком тонкой и мягкой, чтобы быть настоящей.
– Какая ты красивая! – прозвучало в моей голове.
Или я даже сказал это вслух. Не знаю. Я наклонился к губам Жаклин: еще никого я не целовал с такой осторожностью. Я очень боялся напугать ее. Боялся, что она передумает и никогда больше не подпустит меня к себе. Боялся, что она приравняет меня к тому уроду, который унизил ее, хотя и не осуществил задуманного.
Я отогнал воспоминание о нем, как будто столкнул его со скалы: «Он больше не встанет между нами. Я прослежу».
Я тронул языком уголок ее рта. Это был молчаливый вопрос, и, если бы Жаклин ответила «нет», я бы отстранился, как обещал. Но она разомкнула губы, и мои жилы вспыхнули, превратившись в тонкие огненные ленты, переплетающиеся под татуированной кожей. Мы соприкоснулись языками: я получил то, на что не надеялся, и от этого болезненное желание получить еще больше только усилилось. Она вздохнула, и я ощутил дрожь, пробежавшую по ее телу.
Положив одну руку на перекрещенные запястья, а вторую на талию, я словно попытался удержать ее, чтобы эта секунда длилась вечно. Весь смысл жизни сосредоточился в ней. У нее пресеклось дыхание, когда я прихватил ртом ее пухлую и нестерпимо сладкую губу. От следующего, более настойчивого поцелуя Жаклин стиснула кулаки. Я тут же отпустил ее, боясь, что сила моего влечения испугала ее, и молясь, чтобы это было не так. Она открыла глаза: в них я увидел удивление, но не страх.
Тогда я усадил Жаклин к себе на колени, обвив ее руки вокруг своей шеи. Как только она запустила мне в волосы тонкие пальцы, я понял, что готов для нее на все, о чем бы ни попросила.
Ее голова легла мне на ладонь, когда я приподнял ей подбородок, чтобы поцеловать ту самую веснушку, которую заметил чуть раньше. Мои губы стали медленно двигаться ниже. Все мое тело бдительно ожидало какого-нибудь сигнала о том, что я зашел слишком далеко. Грудь Жаклин вздымалась и опадала. Ее мягкое дыхание смешивалось с моим и разносилось, отдаляя музыку, звучавшую из ноутбука. Я знал эти песни, но мне было не до них.
Свободной рукой я нырнул под мягкий шерстяной джемпер. Тот задрался от жадных движений моих пальцев по шелку лифчика и ребрам. Когда я провел языком по обнаженной коже прямо над чашечкой, Жаклин выдохнула и сдула мои волосы со лба.
Застежка была спереди. Чтобы раскрыть ее, хватило бы нажатия большим и указательным пальцем, но разум победил: это было бы чересчур. Совесть подсказывала мне из дальней дали, что я обманываю себя, разыгрывая благородство. Весь нынешний вечер был лишним, и я это, черт возьми, понимал.
«Пора уходить», – подумал я.
И тут она рассмеялась. Вернее, даже не рассмеялась, а сдавленно усмехнулась, и этот смешок разлетелся по комнате в самый неподобающий момент.
– Щекотно? – спросил я, не находя другой причины для смеха.
Жаклин с силой прикусила нижнюю губу, на которую