Просто вдвоем стр. 215
мастерской. Ему нравилось вдыхать выхлопные газы, нравилось ковыряться под капотом, по локоть погружая руки в машинное масло, нравилось ходить с каемкой грязи под ногтями. У меня были другие предпочтения.
– И да и нет. Наверное, было бы здорово их проектировать. То есть мне интересно знать, как работают механизмы, чтобы потом создавать что-то новое. Как только я понимаю, как машина устроена, я теряю к ней интерес. В детстве я разбирал все подряд: радиоприемники, часы, тостеры. Однажды даже дверной звонок расфигачил.
– Дверной звонок? – рассмеялась Мелоди.
– Ага. Мама чуть с ума не сошла. Я снова его собрал, но она всегда говорила, что
после этого он стал реветь, как раненый лось.
Мелоди улыбнулась:
– Так вот что за рисунки у тебя над кроватью! Это механизмы. Ты, наверное, увлекаешься стимпанком?
– Почитать прикольно. Но самому мне больше нравится зарисовывать реально существующие современные машины.
Мелоди взяла мою правую руку и провела по чернильному браслету:
– Что означают твои татуировки?
Она хотела развернуть мое запястье, но я поймал ее пальцы и сплел со своими. Я не был готов к показу зарисованных шрамов.
– Мы все обо мне да обо мне. А ты? Что ты любишь делать? – Я подался вперед и вскинул брови. – Кроме как посылать мне фотки, из-за которых я уже два дня не дружу с головой?
Мелоди смущенно улыбнулась, потупилась и пожала почти обнаженными плечами.
– Не знаю, – сказала она, водя ногтем по воде, которая натекла с запотевшего бокала. – Мне нравится танцевать в группе поддержки. Я интересуюсь модой. – Она подняла на меня глаза, кусая нижнюю губу. – И наверное, историей… Историей искусств…
– Это здорово, – кивнул я.
– Ты думаешь? – спросила Мелоди с сомнением во взгляде.
– Да, но главное, чтобы ты думала так сама. – Я сжал ее пальцы. – Если тебе интересно, то так тому и быть. И все. Ты хочешь заниматься этим в колледже?
Она вздохнула:
– Может быть, но родители хотят, чтобы я стала бухгалтером или врачом. Они пришли в восторг, когда я подружилась с Перл, потому что она собирается в медицинский. Но это, по-моему, не мое. – Я не смог сдержать усмешку. Мелоди нахмурилась и попыталась убрать руку: – А что?
Я стиснул ее пальцы сильнее и снова улыбнулся:
– Ничего. Я просто вспомнил, с каким удовольствием ты вскрывала лягушку. Нет, я тоже думаю, что медицина – это не твое.
Она закатила глаза и вздохнула:
– Да уж. Я не могла взмахнуть скальпелем, а Перл вся изнылась, что ее угораздило заболеть именно в тот день. Но благодаря тебе мы справились и без нее.
Я пожал плечами:
– Мне просто было интересно посмотреть, что у этой животины внутри.
– И ты ее разобрал, как дверной звонок или радиоприемник?
– Кстати, о радиоприемниках, – сказал я, кивнув. – Может, поедем, припаркуемся где-нибудь и послушаем музыку?
* * *Открыв окна кабины, чтобы слышать радио, я достал из ящика и расстелил в кузове два спальных мешка и одеяло. Сверху кинул подушку.
– Это что – кладбище? – проговорила Мелоди, всматриваясь в темноту. Наши глаза только-только начали привыкать к слабому свету луны и звезд. – Здесь жутковато. А вдруг привидения за нами будут подглядывать?
Я взглянул на нее сквозь пряди волос, упавшие на глаза:
– На пляжах полным-полно пьяных туристов.