Просто вдвоем стр. 216
Здесь нас никто не побеспокоит. А привидения пускай себе смотрят, как я тебя целую. Или ты их стесняешься?
Мелоди поджала губы, затем улыбнулась:
– Да не особо…
Сняв туфли, она залезла в кузов. Я последовал ее примеру, но уже через пять минут пожалел, что предварительно не сделал «холостой прогон»: тонкая ткань не спасала от металлических ребер. Конструкция предназначалась для перевозки тяжестей, а не для любви. Черт! Что теперь было делать? Не класть же Мелоди на эту железную решетку!
– Хм… Тут неудобно, – сказал я.
– Нормально.
Я покачал головой:
– Нет…
Уложив меня на спину толчком в грудь, она села рядом:
– Да.
Я решил не спорить. Тем более что Мелоди уже принялась расстегивать на мне рубашку, причем не так, как это сделал бы я сам (раз – и все), а медленно, кнопку за кнопкой. Она провела руками по моей груди, погладив вытатуированную розу, и спустилась от плеч к бицепсам, которые затвердели, как и все мое тело.
Мелоди развязала тесемки, и платье скользнуло вниз, открыв красный кружевной лифчик: я думал о нем во сне и наяву с того момента, как получил снимок, и теперь порадовался, что сегодня была полная луна и ни одно облачко не закрывало звезды. Приподнявшись на локте, я поднес палец к оттененному изгибу почти обнаженного тела.
– Можно потрогать здесь? – спросил я, глядя Мелоди в глаза. Она кивнула. – А здесь?
Я сел и повел руки от ее талии к бедрам, осторожно стаскивая ткань вниз. Мелоди снова кивнула, неровно дыша, а потом встала, и платье упало к ее ногам. Крошечные прозрачные трусики и лифчик совершенно ничего не скрывали. Даже в темноте все это выглядело еще сексуальнее, чем на фотографии. Она опустилась на колени, снова заставила меня лечь и уселась сверху. Я схватил ее за бедра.
– Тебе по-прежнему кажется, что здесь неудобно? – спросила она.
– Думаю, что сейчас я мог бы полежать и на
раскаленных углях. Что мне какое-то бугристое железо!
Одна бретелька лифчика сползла сама собой, и я протянул руку, чтобы опустить вторую. Грудь норовила выглянуть из маленьких чашечек.
– С ума сойти! – произнес я.
Мелоди нагнулась и расстегнула мои джинсы:
– Да.
Кружевное белье осталось на ней. Когда она наклонялась и целовала меня, я чувствовал, как оно мягко терлось о мою грудь. Ощущал узкую полоску трусиков под ладонью, а пальцы уже лежали на обнаженной коже. Но в какой-то момент я перестал различать ткань… Через несколько секунд Мелоди выдохнула мое имя, я поднял бедра, принимая ее, и вокруг нас посыпались фейерверки…
– По-моему, я в тебя влюбился, – прошептал я, когда она уснула на моей груди, прижавшись ухом к татуированной розе над сердцем.
ЛукасКак я и думал, моя «тайная цель» напугала Жаклин. Я хотел еще раз показать ей защиту в положении лежа. На утреннем занятии, при многочисленных свидетелях, ее трясло, когда она выполняла положенные движения. Но теперь на нас никто не смотрел, и я собирался научить ее с легкостью сбрасывать нападающего.
Если бы Жаклин поняла, что могла защититься, она бы почувствовала себя более сильной. Той ночью этот прием помог бы ей вырваться из машины, а там, глядишь, и убежать: урод был пьян и вряд ли догнал бы ее.