Пустые Холмы стр. 374
поцелуй силы. Целительский прием. Ты Словник хоть раз в жизни открывал?
Его взгляд упал на порозовевшую Водяную колдунью.
– В общем, так! Некогда заниматься ерундой. Только что случилось странное: мы видели Рарог, летевшую к деревне. Так что советую вернуться в избушки, пока не удастся выяснить, что все это значит.
Маргарита подхватила под руку подругу и потянула ее к крыльцу. Сева направился к своей избушке. Нужно было немедленно рассказать Муромцу обо всем, что случилось. О росе, странной игре времени, о существе из подземелий, но в первую очередь о… Полине, при воспоминании о которой колени наполнялись чем-то студенистым и начинали смешно пружинить. Сева даже придумал, как начать этот разговор, но Муромец, скорее всего, привяжется сам, едва увидит его выражение лица. Придется рассказать немного подробностей. О том, что Водяная колдунья знает про его чувства. Правда, она ничего ему не ответила… и он так и не решился ее поцеловать и узнать ее реакцию… Но да разве это важно? Она не оттолкнула его! Этого было достаточно!
Но на фоне красивой картинки разрасталась тревога. И Рарог навязчиво всплывала перед глазами вместо лица Водяной колдуньи.
Сева запрыгнул на крыльцо и толкнул дверь. Комната серебрилась в тусклом пасмурном свете. Бледные цвета, в которые недружелюбное солнце окрасило интерьер, чуть сбили его настрой. Муромец беспокойно ходил вдоль стола и остановился в ту секунду, когда распахнулась дверь. Его лицо было встревоженным, брови были сведены у переносицы. Он сжал челюсть так, что на скуле проступили мышцы.
– Ты еще не знаешь? – бросил Митя.
– Нет, но видел кое-что странное…
– Старообрядцы на подходе к Заречью. Они идут сюда.
Голос Муромца прозвучал глухо.
– Что-что?
– Ирвинг ждет посвященных на Кудыкиной горе. Надо поторопиться.
Муромец же держал в руках их обрядовые ножи: все, что было у них для защиты.
Как же Старообрядцы могли подобраться к Заречью? Как справились с Воздушным барьером? Выходит, сейчас они блуждают по лесу, в котором когда-то сильный Земляной маг, входивший в Союз Стихий, сумел скрыть деревушку?
– Как Ирвинг мог узнать, что Старообрядцы идут сюда?
– Думаю, Велес почувствовала, – ответил Митя, протягивая ему нож. – Это ее земля и магия ее рода. Если чужак преодолевает барьер, она должна об этом узнать.
– И Ирвинг хочет, чтобы мы защищали Заречье? Кучка неофитов? И те посвященные, что на дух не переносят боевую магию?
Ветер налетел на избушку и захохотал на чердаке. Старая бузина загородила солнце, по углам ютилась марь. Сева расцепил замок амулета с руной Меркурия, подошел к Мите и надел ему на шею.
– Зачем? – заструилось что-то в воздухе.
– Нужно, – проскрипела
бузина по стеклу.
Тяжелый золотой талисман, знак рода, добытый, как и все золото мира, слишком высокой ценой, блеснул в руке Мити.
– Я не могу! – воспротивился ветер на чердаке.
– Бери. И да хранит тебя Солнце.
За окном нарастал гул, словно лесную деревню поглотил океан.
Сева судорожно сгреб в поясную сумку пару кусков мела и недавно отлитые свечи.
– Будешь отбиваться мелом и воском? – хохотнули доски потолка.
– Он не воин. Он лекарь, – ответила сумрачная марь из угла.
Печально скрипнула дверь. Колдуны выскочили наружу. Улица превратилась в живую реку, несущую юные сильные тела к Дороге желаний.
– Они не могли найти Заречье! Кто их привел? –