Пустые Холмы стр. 385
беспокойное бормотание, стать наблюдателем и просто впитывать. Это земля Заречья выпускала на волю свои силы, это она создала этих детей, чтобы… чтобы что? Дать отпор кому-то? Изменить ход истории? Защититься или одарить? Почему Союз Стихий возник именно сейчас? Ах, каким трудным и прекрасным было незнание! Мудрый колдун понимал, что не получит ответа. Ведь важен был не ответ, а сам вопрос.
– Река! – воскликнул Митя. – Они у реки!
Никому и в голову не пришло спросить, как он это узнал. Анисья прыгнула на Окрошку и взмыла ввысь.
– Союз остается на холме! – приказал Митя. – Воспитанники, окружите их и защищайте друг друга любыми способами. Дружинники, старейшины – все вниз! Ждать у подступа!
Рарог распушила хвост, взмахнула крыльями и выпрямилась. Ярилина рукопись захлопнулась, птица подхватила ее и взмыла над холмом, зависнув в небе огненным шаром. Звягинов бросился вниз – вести на Посвящение своих воспитанников.
Митя видел туман и высоченную, гнилую спину Лиха глазами Полины, он видел потускневшую от тумана дорогу и темную гладь Нищенки глазами Анисьи. Прочные невидимые нити связывали его с каждой из них. И вот на противоположном берегу, где чары Заречья перестали работать, появился человек в плаще.
– Преврати меня , – слышал Митя чей-то неясный шепот, раздававшийся как будто сразу отовсюду. – Я сила внутри нутра. Я тот, кому прощают грехи: смерть, кровь… Простят и сейчас – так повелела сестрица. Я здесь! Я прямо здесь! Протяни руку, выпусти меня из тьмы! Преврати! Преврати, заклинаю тебя! Не пачкай в чужой крови руки…
Дима Велес глянул на залитый нежным туманом берег, и сердце его дрогнуло. Геша и Огнеслав выросли по бокам, за ними появились остальные.
– Нищенка – последней предел.
– И как его преодолеть? – спросил Огнеслав.
– Перепрыгнуть за мной. Это самое узкое место реки.
Дима резко, чтобы не дать себе времени передумать, оттолкнулся ногами и перелетел с одного бережка на другой, лишь чудом не коснувшись пяткой кромки воды. Геша ринулась было за ним, но Огнеслав успел выставить руку и перехватить ее. Зато Белозар – друг Берендея, отправившийся с Огнеславом по Берендеевому настоянию, оказался на пару шагов дальше и потому сиганул через реку, никем не остановленный. В тот же миг из воды выпростались две серебристые руки с когтями и сграбастали его прямо в полете. Он успел лишь издать изумленный вскрик, прежде чем скрылся в пучине с головой. Река снова дружелюбно зажурчала.
Геша рассерженно вырвалась и бросилась к берегу – под ногами бежала студеная прозрачная вода.
– Что это было? – прошипела она, глядя на Велеса на том берегу: Дима холодно смотрел в ответ и медленно пятился.
– Нежить, – ответила Вея. – Русалки, морянки или бродницы.
Вея тоже не спускала с Димы глаз, но понимала, что звать его бесполезно. Он вывел их к Заречью и бросил… Дорога назад им была тоже закрыта: без проводника в том призрачном лесу они будут плутать вечность.
Дима все еще не мог решить, что делать. Он ждал знака от Ирвинга или от бабушки, но кругом стояла звенящая тишь. На берегу снова зашевелились: Добрыня, сын провидца Ворцлава, хорошенько разбежался и прыгнул, сотворив вокруг себя ослепительную броню. Дима зажмурился, а когда открыл глаза, увидел Добрыню уже на этом берегу. Тот полулежал,