Путь над бездной стр. 4
Зачем пожаловали?
Понимающая улыбка скользнула по губам путника и тут же пропала.
— Конь у меня, — он небрежно мотнул головой, — Захромал…
— Как ты меня нашел? — перебила его Дарина, её голос слегка дрожал от напряжения.
— Староста подсказал, — лаконично ответил он, все еще пристально всматриваясь в ведьму, словно пытаясь прочитать её мысли.
— Какой староста? — не поняла она.
— Ваш, деревенский, — девушке показалось, что инквизитор явно потешается над ее растерянностью. Впрочем, Ириус Тавиш никогда не считался с чувствами других. Воспоминания на секунду затуманили взгляд, и ведьме пришлось провести рукой по лбу, прогоняя их.
— Зачем? — она спросила резче, чем ей хотелось.
— Что «зачем»? — почти весело улыбнулся он.
— Зачем ты меня искал? Получить награду? Деньги? Или новое назначение?
Голос, наполненный презрением, и её предположения явно развеселили его.
—Не поверишь, я всего лишь искал ведьму, — он невольно заговорил с ленцой, как было принято в столице, — Коня вылечишь, или мне дальше идти?
Ведьма смутилась, кинула быстрый взгляд на гнедого, понуро стоящего за хозяином, затем коротко бросила:
—Следующая деревня в трех часах ходьбы отсюда. Конь не дойдет.
Инквизитор слегка приподнял бровь, ожидая продолжения, но Дарина молчала, прикусив губу, что свидетельствовало о крайней степени волнения. Он молча смотрел на нее, буквально прожигая взглядом. Ведьма вздрогнула и несколько раз моргнула, принимая решение.
—Заходи, — неуверенно сказала она. Ириус медленно протянул руку.
Калитка чуть приоткрылась и с насмешливым скрипом щелкнула по пальцам. Он едва успел отдернуть руку. Дарина стояла, опираясь спиной на резной наличник, и с явным напряжением смотрела на него.
Мужчина мысленно отвесил себе подзатыльник за невнимательность: охранных заклятий на калитке оказалось намного больше, только спрятаны они были так, как умели прятать лишь очень одаренные и опытные маги. Дарина считалась одной из лучших. Можно было попытаться взломать или обойти магическую охрану, но это требовало времени, которого у него не было. Да и доверия у ведьмы от этого не прибавится. Ириус с какой-то усталой обреченностью посмотрел на хозяйку:
— Не трону я тебя. Честью клянусь.
Она еще рез посмотрела на него, затем вздохнула, перевела взгляд на коня, словно решаясь, и кивнула:
— Заходи, гостем будешь!
Услышав нужные слова, калитка услужливо распахнулась. Инквизитор сделал было шаг, но был остановлен властным приказом:
— Ножницы оставь! В доме не потерплю!
Он заколебался, но заметив голубые искры на ее пальцах, нехотя вынул из-за пояса, в специальном замшевом чехле — золоченые, вернее, уже давно золотые — ножницы, символ власти, по которому всегда и всюду его узнавали, и демонстративно кинул их с внешней стороны частокола.
Тем временем Дарина спустилась во двор. Подойдя к коню, она протянула руку, знакомясь. Гнедой настороженно покосился на ведьму, потом аккуратно потянулся к руке, скользя губами по ладони. Дождавшись одобрительного фырканья, девушка присела, осматривая ногу, на ее пальцах засветились голубовато-белые искры.
— Камень в стрелку попал, а ты не заметил, вот он и натер ногу, — аккуратными плавными движениями она положила руки на больное место. Гнедой с укором посмотрел на хозяина. Ириус кивнул: конечно, не заметил, ведь это он битый час сначала искал нужный камешек, затем заталкивал его в стрелку копыта. Свечение межу тонкими пальцами стало ярче, затем побелело и начало затухать. Все это время инквизитор наблюдал за ней. Она не