Библиотека

Рано или поздно стр. 173

Размер шрифта
-
+
Тема

не послед, а второй ребенок. Теперь-то мы поняли, почему у Анджелины был такой огромный живот. Дай нам еще пять минут, и можешь войти.

Дверь захлопнулась так же резко, как распахнулась.

Ошеломленный Эдвард уставился на дочь, которая, как ни странно, ничуть не выглядела удивленной.

— Ну, малышка, — произнес он через несколько мгновений дрожащим голосом, — похоже, теперь у тебя есть брат, а у меня — сын.

И наследник.

Кажется, последние несколько часов Анджелина находилась на грани изнеможения и уже готова была перешагнуть эту грань, собственно, уже сделала бы это, если бы не боль, куда более мощная, чем слабость, и бесконечный позыв тужиться, пересиливший

все остальное.

Это казалось ей таким несправедливым. Ребенок родился… когда? Вечность назад. И она подумала, что все закончилось. Никто не предупредил ее о последе и о том, что это будет тянуться вечно и будет так же больно, как сами роды.

— Потужьтесь еще разок, миледи, — сказал доктор в пятитысячный, наверное, раз.

Излишние слова. У нее просто не было выбора, хотя всякий раз она надеялась, что это последний, что у нее просто не осталось сил тужиться. Она хотела спать. Никогда в жизни она ни о чем так не мечтала. В самые тяжелые моменты она даже хотела умереть, но сейчас об этом не могло быть и речи. Ее дитя родилось. У них есть дочь, у нее и Эдварда, и теперь никакого умирания, несмотря на боль и изнеможение.

Нет уж, она не умрет. И не поддастся боли и усталости. Анджелина собрала остатки сил, которых вроде бы не было всего несколько минут назад, и изо всех сил натужилась. И была вознаграждена нахлынувшим на нее чувством освобождения, краем уха отметив пораженный голос врача.

— О Боже! — воскликнул тот. — Еще один!

А следом громко заплакал ребенок. Анджелина открыла глаза — посмотреть, что случилось с ее дочерью, ведь она думала, что Альма отнесла ее к Эдварду. Но из рук врача вниз головой свисал еще один младенец, с тельцем, покрытым слизью, и беспомощно размахивал ручками.

— У вас сын, миледи, — сказал доктор. — Мне еще никогда не доводилось принимать близнецов. Я понятия не имел, с чем столкнулся.

Знай она заранее, что он такой неопытный, сильно бы разнервничалась.

Анджелина протянула обе руки, и он положил младенца, все еще покрытого слизью, ей на живот. Она подсунула одну руку ему под головку, другую под попку и с наслаждением ощутила его тепло, а потом сиделка забрала его, чтобы искупать и запеленать.

Негодование по поводу появления на свет прошло, и младенец замолчал. Волосики у него будут светлыми.

— О, это Эйлсбери, — сказала Анджелина.

И сердце ее так переполнилось любовью, что она испугалась, как бы оно не лопнуло. И еще страстным желанием снова взять на руки дочь. И увидеть Эдварда.

Она мать, причем сразу дважды. А он отец. После всех этих лет! Семи долгих лет.

Она неохотно опустила руки, когда сиделка забрала младенца, и почти заснула, пока сиделка что-то еще с ней делала, Бетти мыла ее, перестилала постель, а Альма переодевала в чистую ночную рубашку и причесывала.

Анджелина с трудом очнулась, когда маленький молчащий сверток — ее сына — положили ей на сгиб локтя, а Альма открыла дверь и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.