Библиотека

Разделенные океаном стр. 202

Размер шрифта
-
+
Тема

В жизни много странного.

— Раз уж вы так хорошо знали моего отца, то, быть может, подскажете, где мне найти эту вторую Анну Мюррей?

Теперь он разозлился еще сильнее и вложил в голос весь сарказм, на который был способен. Джон понимал, что ведет себя очень грубо, — его родители были бы в шоке, если бы слышали его сейчас.

— Я ничего об этом не знаю, — повторила Анна, упрямо поджав губы.

Появилась Кристина с кофе. Оба молчали, пока она переставляла чашки с подноса на стол. Служанка обвела их обеспокоенным взглядом, но вышла, не обронив ни слова. Джон чувствовал, что она хочет сказать или сделать что-нибудь, но не желает вмешиваться.

Анна пододвинула к нему чашку. Он не пошевелился, чтобы взять ее.

— И что мне теперь делать? — спросил Джон. Гнев его куда-то подевался. голос дрожал. Он вдруг почувствовал себя маленьким мальчиком, который хочет к маме. — Где тут ванная? — хрипло спросил он.

— Вон там.

Анна буквально выбежала из комнаты, словно хотела оказаться от него как можно дальше, чтобы ее жизнь наконец вернулась в нормальное русло. Джон последовал за ней, едва переставляя ноги, таким одиноким и несчастным он себя чувствовал. Эта девушка была его матерью, но твердо вознамерилась отрицать это. И он понял, что отныне и всегда будет один: больше у него никого не осталось.

— Там ванная.

Она распахнула дверь в другое фойе, на этот раз — без зеркал, и исчезла. Джон вошел в комнату, запер дверь, присел на край ванны и зарыдал в голос. Его тело содрогалось от сдавленных всхлипов, он плакал хрипло и неумело, с надрывом, словно умирающее животное. Потом он упал лицом на пол, скорчился, обхватил себя руками и пожалел, что не может умереть.

Анна закрыла дверь ванной и зажала уши ладонями, чтобы не слышать доносящихся оттуда звуков. Если она признается самой себе в том,

что он — ее сын, ей придется признать и другие истины, притаившиеся на задворках сознания, которые она старательно отгоняла прочь, будучи твердо уверенной в том, что иначе сойдет с ума.

Но она по-прежнему слышала плач мальчика, и эти звуки надрывали ей сердце. Он был ее сыном, ее плотью и кровью — но при этом плотью и кровью другого человека.

Теперь к плачу присоединился еще один звук — это были удары. Анна убрала руки от ушей. Оказалось, это Кристина барабанит в дверь ванной и кричит:

— Выходи оттуда, малыш! Я хорошо знала твоего папу, и мы можем поговорить о нем.

Решать проблемы Анны должна была не Кристина.

— Господи милосердный, помоги мне! — прошептала девушка, выходя из комнаты. — Я позабочусь о нем, — сказала она Кристине, которая как-то странно взглянула на нее и сказала:

— Бедный юноша вне себя от горя. Я бы вошла туда, ванная там или не ванная, но он заперся изнутри. Как жаль, что Лиззи нет дома; она бы знала, что делать.

— Я сама знаю, что делать. — Анна подождала, пока Кристина не выйдет в кухню, после чего опустилась на пол прямо перед ванной комнатой и осторожно постучала в дверь. — Это я, Анна.

Плач прекратился.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.