Разделенные океаном стр. 438
— Говорят, он очень забавный.
А возле театра со стен содрали старые афиши. На новых красовалась шеренга ярко разодетых девушек, танцующих канкан. Молли надеялась, что зрелище двенадцати пар ног в черных чулках с подвязками и обнаженных бедер не оскорбит Лили и не вызовет у нее негодования. Кроме того, в шоу были задействованы китайские акробаты, индийский факир, русский хор, танцоры, исполнявшие танец апашей, эквилибристы на роликовых коньках и балерина по имени Мими. Звездой шоу был молодой человек по имени Зеке Пенн, бивший чечетку. В свое время он с большим успехом выступал на Бродвее. Молли с нетерпением ждала начала представления. Она видела лишь заключительную часть шоу, но намеревалась подсчитать выручку в рекордные сроки и пробраться в зрительный зал пораньше.
Китайские акробаты буквально парили в воздухе, словно, в отличие от обычных людей, умели летать. Молли стояла рядом с Бетси в партере за креслами и с открытым ртом, прижав ладошки к щекам, с ужасом следила за этими птицами в человеческом обличье, боясь, что одна из них упадет на землю и переломает себе все кости. А еще Молли не могла понять, как Мими умудряется выделывать такие стремительные пируэты и как у нее при этом не кружится голова.
Затем на сцену, по шесть с каждой стороны, выбежали танцовщицы канкана. Они встретились посередине, взмахнули ногами и затрясли своими сборчатыми юбочками. «Откуда у них столько энергии?» — подивилась про себя Молли. Она почувствовала усталость всего лишь через полчаса после того, как начала продавать билеты. В конце они дружно сели на шпагат, отчего Молли болезненно поморщилась, и на сцене погас свет. Затем вспыхнул одинокий прожектор и в круге света появился чернокожий молодой человек, Зеке Пенн, весь в белом. Он начал танцевать, все быстрее и быстрее. Каблуки его башмаков застучали в невообразимом ритме. Внезапно вспыхнул свет, и на сцену вернулись девушки из канкана, успевшие переодеться в коротенькие блестящие платья. Молодой человек станцевал с каждой из них по отдельности, и всякий раз — по-другому. На сцену выпорхнула балерина, и он присоединился к ней в танце. Казалось, артисты получают искреннее удовольствие от своего выступления, все они смеялись и хлопали в ладоши. Вскоре развеселились и зрители и зал задрожал от приветственных криков и аплодисментов.
Молли тоже охватили восторг и приятное возбуждение, словно и она могла выскочить на сцену и присоединиться к танцорам. На заднем плане появился русский хор — она слышала его всего один раз, пока сидела в своей клетушке, — и запел, потом из-за кулис выскочили жонглеры, за которыми последовали танцоры, исполнявшие танец апашей, и эквилибристы на роликах. Над головами у них летали акробаты, а Зеке Пенн все танцевал и танцевал, и выражение его лица свидетельствовало о том, что он наслаждается каждой минутой. А потом, совершенно неожиданно, словно кто-то повернул рычаг или дал неслышную команду, все вдруг замерли, Зеке Пенн остановился, и оркестр прекратил играть. На несколько секунд актеры застыли в неподвижности, и на сцену опустился занавес.
Зрители вскочили, затопали и засвистели от восторга. Это было лучшее представление, какое когда-либо видела «Ротонда», и зрителям оставалось только гадать, увидят ли они когда-нибудь что-либо подобное.
У входа в театр Молли поджидал Гарри Бенедикт.
—