Разрозненные страницы стр. 105
еще моросит!). Тишина, как в Политехническом. И вдруг через минуту после какой-то фразы – грохот. Как горный обвал. Это смех. И сразу, словно по команде, тишина.
И так я читаю весь рассказ Михалкова, очень тонкий (все равно пропадать!), и поражаюсь точности реакции: каждая пауза, взмах ресниц, улыбка моя, которых никто не может рассмотреть, принимаются точно. Аплодисменты и смех. И снова читаю. Конец. Смех, аплодисменты. Я лезу вниз – ведущий на этот раз подает мне руку, чтобы я не обломала себе что-нибудь нужное.
И опять по красной дорожке на машину, которая в эту секунду подъехала и везет меня по кругу вдоль трибун, где люди скандируют: «Ри-на! Спа-си-бо!» и протягивают руки. И знаменитый ленинградский дождик, видя, что он бессилен и не может сорвать праздник, заканчивается.
А на сцене уже оркестр народных инструментов. А потом будут танцоры. И вся программа пойдет как по маслу. А потом зрители будут кричать как бешеные, увидев огромного Бориса Андреева, а он будет улыбаться всем и махать ручищами в ответ на эту любовь и признание.
И так героев кино сменяют ансамбли народных танцев, а тех сменяют певцы и цирковые акробаты. Все кончается песней, которую поет вместе с солистами весь стадион. Потом прощание и автографы. Толпа вытекает с трибун. Стадион пустеет. Праздник окончен.
Все прошло хорошо. Организаторы и актеры, режиссеры и администраторы, как после спортивного сражения, оценивают успехи и промахи: надо исправить то или это, что-то исключить, что-то прибавить.
Подготовка таких мероприятий была делом серьезным. Занимались ею опытные организаторы, квалифицированные администраторы, люди сведущие, деловые, настоящие специалисты своего дела. Ведь надо было все предусмотреть – не только жилье для приезжающих, но и строительство самой площадки, составить программу выступлений. Иногда необходимо было договориться с воинским командованием, если в спектакле заняты бойцы пехоты или кавалерии, достать лошадей, инструменты или оркестр для парадного марша, деревенские телеги, подготовить изолированное помещение для огнеопасной пиротехники (опытного мастера-пиротехника привозили из Москвы), проверить всю радиоаппаратуру и т. д. и т. д., выверить имена участников по афише и многое другое. Вот в том-то и дело.
А потом пошло-поехало: недосмотры, промахи, невнимание к массовым сценам, испорченные, неработающие микрофоны, несоблюдение требований техники безопасности, взыскания, дальнейшие помехи и препоны при организации этих зрелищ.
Невольно в памяти встают 20-е годы и замечательные зрелища – «массовые действа», которыми отмечались на площадях и стадионах все великие праздники. Они родились и с огромным энтузиазмом проводились под талантливым руководством Николая Ильича Подвойского. Он привлек энтузиастов: артистов, режиссеров, спортсменов, любителей и профессионалов – и в течение нескольких лет эти своеобразные спектакли собирали на Ленинские горы, где они проводились обычно, тысячи людей.
Многие считали это начинание новой, интересной формой организации досуга людей труда и разностороннего воздействия на них. «Массовые действа» воспитывали чувство общения, просвещали людей политически. Они оказывали и эстетическое воздействие, так как представляли своего рода сценические игры. Потом даже возникли коллективы «массовых действ».
На зеленой лужайке Воробьевых гор собирались тысячи участников, а на склонах – десятки тысяч зрителей. «Массовые действа» чем-то были похожи на карнавальные шествия: участникам раздавали простейшие костюмы – бумажные значки, шапки, колпаки, палки, и разыгрывался несложный сюжет, включавший гимнастические и акробатические упражнения, построения и перестроения, фигурную маршировку, эстафеты.
Использовались