Библиотека

Разрозненные страницы стр. 142

Размер шрифта
-
+
Тема

сих пор не могу понять, почему, когда я пою ее, в это время на экране не мое лицо, а черная полоса. И только мой голос. А личность моя появляется в кадре лишь в последнем куплете. И когда переписывали заново и опять я озвучивала, так и осталось в картине – черная пустая полоса и голос.

Вот в том-то и дело, что сейчас мне придется начинать жаловаться. Я этого так не хотела, а приходится. Сколько писем я получала, как всякий актер, с вопросами, укорами: «Почему Вы не снимаетесь?»

Понимаете, зрители думают, что в кино так: захотел – пошел сниматься. Это, может быть, так. Но не для всех. И вот так получилось, что «Путевка в жизнь» не стала для меня путевкой в кино, и после длительного ожидания я подумала, что в кино никому не нужна – всех снимают, а я в театре. Потом, уже много лет спустя, обратили внимание, что я в кино хорошо играю. Я сама подумала – правда, хорошо (ведь в картине смотришь на себя со стороны, не как в театре, судишь себя как постороннего актера).

И вот что удивительно – все говорили: «Рина! Рина!», а снимали других актрис. Наверное, тогда надо было выйти замуж за какого-нибудь кинорежиссера. Но мне

это прямо не приходило в голову. Да и им, наверное, тоже. А все были друзья: Козинцев и Юткевич, Барнет и Пудовкин, и Кашеверова, и Михалковы – отец и сыновья.

Иногда при встрече со мною режиссеры и сценаристы, всплескивая руками, кричат:

– Ах, батюшки мои! Как же про вас забыли? Был чудный эпизод! Вы бы так прекрасно это сыграли!

Никита Михалков, например, однажды упал на колени посреди улицы перед Домом кино и закричал:

– Рина! Ты моя любимая, лучшая актриса!

Я сказала:

– Так дай мне роль какую-нибудь, самую плохую.

Он встал с колен, смеясь, обнял меня, поцеловал и поклялся в вечной любви.

И так всю жизнь. По всему по этому в моей работе в кино бывали огромные перерывы, если не считать какой-то полной белиберды, которую иногда предлагали. Потом, как я уже рассказывала, пришлось мне писать сценарий о детях и для детей с Агнией Барто («Подкидыш»), Детских фильмов тогда почти не было. Детфильма (теперь Студия детских и юношеских фильмов) тоже не существовало. Долго делали. Однако денег нам почти не дали: как раз к этому времени выяснилось, что надо иметь договор. А у нас не было. Но сценарий приняли, и фильм поставили. Но об этом я уже говорила. Я только хочу вспомнить, что тут мне пришлось писать для себя роль в этой комедии – так было необходимо для картины. Роль получилась маленькая, но трудная. Вот идет этот фильм сорок лет, и люди смотрят, и мне киномеханики на периферии не раз говорили:

– Знаете, если не дают новых картин из Москвы, мы сразу показываем «Подкидыш» – и все довольны. У нас старых картин не любят, а тут все рады.

Вот какие интервалы бывали в моей киносудьбе. О «Подкидыше» тогда первую статью написал Виктор Шкловский, очень хвалил. Спасибо ему. Маленький эпизод в этом фильме я сыграла очень хорошо (говорю, как о чужом человеке), а мои «словечки» подхватили все, и до

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.