Разрозненные страницы стр. 167
который мне дорог и где все мои друзья, где еще в начале столетия ругали и поносили Эйфелеву башню, где над столами еще висели керосиновые лампы, где мчались на тройках, где шли на кораблях и видели живых китов (правда, селедок уже не было). Сейчас еще люди влезают по ледникам на вершины, еще есть тайга, и реки текут, и извергаются вулканы на Камчатке, и только недавно были и Пушкин, и Достоевский, и Толстой, и Шостакович.
Ладно, остаюсь в этом, XX веке. Это в моем, XX веке идет высокоширотная экспедиция к географической точке Вершины Мира; отважную семерку комсомольцев ведет Дмитрий Шпаро, и это событие и в моей жизни, и никто его у меня не отнимет. А у них, в XXI веке, может быть, будут ходить на полюс, как на прогулку, запросто.
А телевидение у нас, дорогие друзья, очень хорошее. Конечно, отдельные снобы сегодня еще утверждают, что они не признают телевидения, что не внесут в дом этот ящик, даже если им его подарят. И вот я им заявляю, что, возможно, такими же снобами были бояре, категорически отвергавшие книгопечатание: им больше нравились рукописные книги.
Отдельные зрители, очевидно, недовольны программами. Говорят, что за границей работают все сорок каналов, а программ и того больше. Ну и пусть. А представьте себе, одна старая американка, русская по происхождению, прожившая всю жизнь за границей, приехав к нам впервые, плакала перед телевизором, глядя рядовую для нас передачу о детстве одного современного поэта. Она была поражена, что можно рассказывать о таких светлых и чистых чувствах и переживаниях. Она сказала потом, что привыкла видеть на экране только цветные преступления, ужасы Хичкока, злобу, жестокость и позорно публичный секс. Что же с ней было бы, если бы она увидела наши действительно добрые передачи. Вот я расскажу одну, которую почему-то запомнила. Это короткая документальная новелла о людских судьбах и дружбе людской.
На речном пароходе едет капитан дальнего плавания.
Едет пассажиром. Он, капитан, избороздивший все моря и океаны, только что вернулся из кругосветки и сейчас едет к своему другу, которого не видел много лет. Тот работает на речном корабле, не идет на пенсию – руководит флотилией моряков-мальчишек, страстных работяг, из которых потом будут настоящие моряки – матросы, адмиралы. Вот он учит их морским навыкам, ремеслу, терпению, мужеству, матросской дружбе – искусству быть моряками.
Нужно видеть капитана 1-го ранга, который сидит на палубе. Его лицо освещено солнцем – мужественное, красивое, доброе, еще не старое. Кажется, он весь в напряженном ожидании предстоящей встречи. А диктор рассказывает, что капитан везет своему другу альбом – старые фотографии их юности. Мальчишками они оба стремились в мореходку и прибыли в Севастополь в день начала войны. Подготовка курсантов велась в самых тяжелых военных условиях, и вскоре весь курс по их просьбам был отправлен на фронт. Мальчики не попали сразу во флот, а впервые встретились с врагом, защищая Бахчисарай.
Показывают альбом. Вот на снимках мальчишеские лица морячков. Потом – фронтовые друзья. Потом санбаты, госпитали – друзья были ранены в один день.
Все это нам, зрителям, близко, больно, и никогда мы ничего не забудем.
И вот последний кадр: еще только одна ступенька корабельного трапа и – встреча. Друзья жадно